Индика

Переводчик: 
Источник текста: 
"Восточная литература". Москва. 2002. Бонгард-Левин Г.М., Бухарин М.Д., Вигасин А.А. — Индия и античный мир

Полный перевод на русский язык «Индики» — одного из основных источников сведений об Индии в античном мире, составленной римским писателем и чиновником II в. н.э. Флавием Аррианом, — был выполнен О. В. Кудрявцевым и опубликован в «Вестнике древней истории» в 1940 г. (№ 2. С. 230–263). Перевод оказался неудачным, он содержит множество ошибок, поэтому возникла необходимость выполнить новый. Первые 17 глав «Индики» были также опубликованы в гораздо более качественном переводе О. В. Смыки с примечаниями А. А. Вигасина в хрестоматии «История и культура древней Индии» (М., 1990. С. 270–290). Эти примечания частично используются ниже.

Первая часть «Индики» (гл. 1–17) основана главным образом на сочинениях хоро–графа и дипломата Мегасфена и географа Эратосфена и посвящена описанию индийского общества и природы страны. Главы 18–43 описывают возвращение флота Александра Македонского под руководством Неарха. Перевод выполнен по изданию: Arrian. Alexanderzug. Indische Geschichte. Griechisch und Deutsch herausgegeben und Ubersetzt von Gerhard Wirth und Oscar von Hintiber. MUnchen und Zurich, 1985. Комментарии к переводу охватывают преимущественно топонимику, так как описание индийского общества античными авторами, чьи сведения переданы в том числе и в «Индике» Флавия Арриана, подробно проанализировано в очерках, включенных в настоящий том. В квадратных скобках даны слова, добавленные для придания переводу большей стройности.

Глава 1

(1) Области до реки Инд, те, что лежат к западу от нее до реки Кофен[1], населяют индийские народы Астакены[2] и Ассакены[3]; (2) они не велики телом, подобно живущим во внутренних областях Инда, не так отважны духом и не черны так, как многие инды. (3) Некогда они подчинялись ассирийцам, после мидян повиновались персам и со своей земли платили дань Киру — сыну Камбиза, которую Кир установил. (4) Нисийцы же — неиндийского происхождения, они произошли от пришедших вместе с Дионисом в землю индов: частью из эллинов, потерявших годность к воинской службе в войнах, которые вел Дионис против индов, частью от местных жителей, которых по их желанию он поселил вместе с эллинами; (5) землю же назвал нисийской, а столицу ее — Нисой по имени кормилицы Диониса Нисы. (6) Гора же, лежащая перед городом — в ее подножии и основан город, — называется Мерос в связи с историей, случившейся как раз при рождении [Диониса]. (7) Все эти истории о Дионисе были воспеты поэтами, и пусть их толкуют те, кто красноречив у эллинов или варваров. (8) У Ассакенов есть большой город Массака[4], где власти земли ассакийской и расположены; и недалеко от Инда другой город Певкелаитис[5], и он также большой. Таковы области, лежащие к западу от реки Инда до реки Кофен.

Глава 2

(1) Области же, лежащие к востоку от Инда, и будут для меня землей индов, а их жители — индами. Границей индийской земли на севере является гора Тавр[6]. (2) В той земле, однако, Тавром уже не называется, но начинается Тавр от моря у Памфилии, Ликии и Киликии и тянется до Восточного моря, разрезая всю Азию; (3) в разных же местах эта гора зовется по–разному: где Парапамис[7], где Эмод[8], в других же областях называют Имай[9], возможно, что имеет и много других названий. (4) Македонцы же, которые участвовали в походе Александра, назвали ее Кавказом, но другим Кавказом, не Скифским, чтобы поддержать молву, будто Александр ходил по ту сторону Кавказа. (5) С запада же землю индов отделяет река Инд вплоть до Великого моря[10], куда и сама впадает двумя руслами; русла эти расположены не рядом друг с другом, подобно тому как пять рукавов Истра[11] лежат рядом, (6) но как устья Нила, из которых состоит Египетская Дельта, так что и река Инд образует в земле индов дельту, не меньше египетской, и на языке индов зовется она Патала. (7) С юга же само Великое море является границей земли индов, и на востоке то же самое море ее ограничивает. (8) Южные области вдоль Паталы и устья Инда видели и Александр, и македонцы, и многие эллины: на восток же, дальше реки Гифасис[12], Александр не прошел; (9) немногие же описали области до реки Ганг и где расположены устье Ганга и Палимботра[13] — самый большой город индов на Ганге.

Глава 3

(1)Для меня наиболее достоверным автором будет Эратосфен Киренец[14], так как Эратосфен позаботился об описании земли. (2) Он говорит, что сторона земли индов, идущая от горы Тавр, где лежат истоки Инда, вдоль самого Инда вплоть до Великого моря и устья Инда составляет 1300 стадий[15]. (3) Противоположную же сторону он образует от той же горы вдоль Восточного моря, но не равной той стороне, а с выдающимся на 3000 стадий мысом, уходящим далеко в море: по его сведениям, восточная сторона земли индов тянется якобы на 16 000 стадий. (4) Такой у него выходит в итоге ширина земли индов, длину же с запада на восток до города Палимботра, говорит, что записал измеренную в схенах[16], так как это царская дорога; равна же она 10 000 стадий; противоположная же сторона не так достоверно измерена, (5) те же, кто писал, основываясь на слухах, говорят, что выдается в море вместе с мысом на 10 000 стадий; и равняется длина земли индов 20 000 стадий. (6) Ктесий Книдиец[17], говоря чепуху, сообщает, что земля индов равна остальной Азии, так же как и Онесикрит, [приравнявший ее] к третьей части всей земли. Неарх говорит, что совершил путь в четыре месяца, чтобы пересечь равнину земли индов. (7) Для Мегасфена же с востока на запад земля индов идет в ширину, тогда как другие полагают, что в длину. И говорит Мегасфен, что она равна 16 000 стадий на своем самом коротком участке. (8) Сторона же, идущая с севера на юг, является для него длиной и составляет 22 300 стадий в самом узком месте. (9) Рек же в земле индов столько, сколько нет во всей Азии. Самыми крупными являются Ганг и Инд, по которому и страна названа. Обе они больше и египетского Нила, и скифского Истра, даже если те соединят свои воды воедино. (10) Мне же кажется, что и Акесин больше Истра и Нила там, где, вобрав воды Гидаспа[18], Гидраота[19] и Гифасиса, он вливается в Инд, имея 30 стадий в ширину; быть может, и многие другие еще большие реки текут в земле индов.

Глава 4

(1) Однако ничего определенного об областях за Гифасисом я сообщить не могу, так как Александр за Гифасис не ходил. (2) То, что из тех двух величайших рек — Инда и Ганга — Ганг значительно превосходит величиной Инд, писал Мегасфен и другие, упоминавшие Ганг; (3) огромным выходит он уже из ключей, принимает в себя реку Каин[20], и Эраннобоас[21], и Коссоан[22] — все они судоходны, и еще реку Сон[23], и Ситтокатис[24], и Соломатис[25], и эти — судоходны, (4) затем — Кондохат[26], и Самб[27], и Магон[28], и Агоранис[29] , и Омалис[30]. В него же впадает и большая река Коминас[31], и Какутис[32], и Андоматис[33], текущая из области индийского народа мандиандинов[34], (5) и после них — Амистис[35] возле города Катадупа[36], и Оксиматис[37] у так называемых пазалов[38]; и Эреннесис[39] в области матов[40], индийского племени, сливается с Гангом. (6) Из них, как говорит Мегасфен, ни одна не уступает Меандру[41] там, где Меандр судоходен. (7) В ширину же имеет Ганг там, где он наиболее узок, до 100 стадий; во многих местах он разливается так, что противоположного берега и не видно, где он низок и не возвышаются никакие холмы. (8) С Индом случается то же самое. Гидраот же, вобрав в себя воды Гифасиса в области астрибов[42], и Саранга[43] в области кекаев[44], и Сидра из области аттакенов[45], в краю камбистолов[46] впадает в Акесин[47]. (9) Гидасп же, протекая по земле сидраков[48], слившись с Синаром[49] у ариспов[50], — и он впадает в Акесин. (10) Акесин же в области маллов[51] сливается с Индом; и Тутап[52] — большая река — также впадает в Акесин. Акесин же, наполнившись ими и сохранив название, сам под своим же именем впадает в Инд. (11) Кофен же, неся с собой воды Маламанта[53], и Соаста[54], и Гаройи[55], в Певкелаитиде впадает в Инд. (12) Помимо них Паренн[56] и Сапарр[57], недалеко отстоящие друг от друга, впадают в Инд. В него впадает и Соан[58], вытекая из гористой области абиссареев[59] без единого притока. Мегасфен же говорит, что многие из них судоходны. (13) Относительно Инда и Ганга не нужно сомневаться в том, что ни Истр, ни воды Нила не сравнимы с ними. (14) Мы не знаем ни одной реки, впадающей в Нил, но — прорытые от него по египетской земле каналы. (15) Истр же у истоков мал, он вбирает в себя воды многих рек, но по величине они не равны индийским рекам, которые впадают в Инд и Ганг, судоходны же совсем немногие, из таковых я знаю Эн и Сава[60]. (16) Эн смешивается с Истром на границе Норика[61] и Реция, а Сава — у пеонов. Место же, где реки сливаются, называется Таврун. Если кто–либо знает и другую судоходную реку из впадающих в Истр, то знает он их немного[62].

Глава 5

(1) Если же кто–то захочет объяснить причину многочисленности и величины рек индов, пусть толкует; мною же и это будет описано со слухов. (2) Действительно, Мегасфен сообщает названия и многих других рек, которые за Гангом и Индом впадают в Восточное и Южное моря, говорит, что всего в Индии 58 рек, все из которых судоходны. (3) Но, как мне кажется, Мегасфен не обошел и большей части земли индов, однако же больше, чем ходившие с Александром, сыном Филиппа; говорит, что бывал у Сандракотта[63], величайшего царя индов, и Пора[64], еще более великого, чем тот. (4) Этот самый Мегасфен говорит, что ни на одного человека инды не ходили войной, ни другие люди на индов; (5) даже Сесострис[65], египтянин, покоривший большую часть Азии, проведший войско вплоть до Европы, повернул назад; (6) и скиф Иданфирс, выйдя из Скифии, покорил большую часть народов Азии и покорил землю египтян. (7) Ассириянка Сеимримада[66] собиралась отправиться на индов, однако умерла до того, как осуществить свои желания. Один только Александр ходил походом на индов. (8) Ходит много рассказов о том, что до Александра Дионис ходил на индов и покорил их; о Геракле же немного рассказов. (9) Значительным свидетельством о походе Диониса является город Ниса, и гора Мерос, и плющ, который на этой горе растет, да и сами инды, идущие в бой под тимпаны и кимвалы, и пестрая их одежда, как у дионисийских вакхантов. (10) О Геракле же немного напоминаний. То, что Геракл оказался неспособен взять скалу Аорн, которую силой покорил Александр, мне кажется македонским бахвальством, как и то, что македоняне назвали Кавказом Парапамис, хотя тот никакого отношения к Кавказу не имеет. (11) Придумав какую–то пещеру в Парапамисадах, они объявили ее пещерой титана Прометея, в которой он был подвешен за кражу огня. (12) Когда же у сибов[67], индийского племени, увидели, что сибы носят шкуры, они заявили, что сибы являются остатками войска Геракла: сибы и дубины носят, и на быках палицу выжигают: и наносили их в память о палице Геракла. (13) Если все это верно, то этот Геракл должен быть другим, не фиванским: или тирийским, или египетским, или каким–то великим царем из областей, лежащих недалеко к северу от земли индов.

Глава 6

(1) Все это да будет в моем рассказе отступлением в область недостоверного, рассказанного некоторыми о землях за рекой индов Гифасисом. Рассказы же принимавших участие в походе Александра об областях до Гифасиса не внушают доверия. (2) Ведь то же самое говорит и Мегасфен об индийской реке, Сила ей имя, течет она из одноименного реке источника через страну силеев, названных так по имени реки и источника; (3) вода в ней такова, что нет ничего, что бы на ней держалось, оставалось на поверхности и плыло, но все идет ко дну: вода эта самая легкая из всех и самая прозрачная. (4) Летом земля индов орошается дождями, особенно горные области, Парапамис, Эмод и Имай, и с них текут большие мутные реки; орошается дождями летом и долина индов, так что большая часть заболачивается[68]. (5) Войско Александра пустилось в бегство, когда в середине лета воды Акесина вышли из берегов на равнину. (6) Так что от этого можно доказать, что подобное явление на Ниле возможно, когда летом в горах Эфиопии идут дожди и переполненный от них Нил изливается через берега на египетскую землю. (7) И он течет мутным в это время года, каковым бы он не тек ни от таяния снега, ни если бы летней порой дующие сезонные ветры подняли в нем воду. Впрочем, из–за жары горы в Эфиопии не покрыты снегом. (8) Так что сравнение с тем, как дожди идут в Индии, вполне допустимо, да и в остальном земля индов похожа на Эфиопию: реки индийские, подобно Нилу эфиопскому и египетскому, рождают крокодилов, есть же в них и рыбы, и другие чудовища, что и в Ниле, кроме «речной лошади», Онесикрит же говорит, что и «речных лошадей» рождают. (9) Внешний вид людей — индов и эфиопов — также несильно отличается. Живущие к югу инды более всего похожи на эфиопов: они черны на вид, и волосы у них черные, кроме того, что не так курносы и кучерявы, как эфиопы. Те же, кто живет севернее, весьма похожи телом на египтян.

Глава 7

(1) Мегасфен говорит, что всего в Индии 118 народов. В том, что в Индии много народов, я и сам соглашаюсь с Мегасфеном, но точно не могу представить, как он мог узнать то, что написал: он не обошел большей части земли индов, да и общения друг с другом между всеми народами нет. (2) Некогда инды были кочевниками, как те из скифов, которые не занимаются земледелием, но, странствуя в своих повозках по Скифии, живут то здесь то там, не живя в городах и не воздавая почести богам. (3) Так же и у индов — ни городов не было, ни жертвы богам не приносились, но одевались в шкуры зверей, которых убивали, и питались древесной корой. Называются же деревья эти на языке индов «тала»[69], и растут на них, как на верхушках финиковых пальм, плоды, похожие на комки свалянной шерсти. (4) Питались также зверьем, какое удавалось поймать, поедая мясо сырым, до тех пор пока в землю индов не пришел Дионис. (5) Когда же пришел Дионис, он стал правителем индов, основал города и установил городам законы, даровал индам вино также, как эллинам, научил засевать землю, дав семена; (6) или Триптолем до нее не дошел, когда Деметра послала его засеять всю землю, или до Триптолема этот некий Дионис, обойдя землю индов, дал им семена культурных растений. (7) Дионис первым запряг в плуг быков, и сделал многих индов из кочевников земледельцами, и снабдил их воинскими доспехами. (8) И научил Дионис почитать других богов, а более всего — самого себя, ударяя в кимвалы и тимпаны, и обучил сатирической пляске, называемой у эллинов «кордакс», (9) и показал, что в честь бога нужно отращивать волосы и носить тюрбан, научил пользоваться благовонными маслами; так что еще против Александра инды шли в бой под кимвалы и тимпаны.

Глава 8

(1)Уйдя же из земли индов, когда в ней все было приведено в порядок, поставил царем страны Спатембу, одного из своих товарищей, самого буйного; когда же умер Спатемба, царская власть перешла к Будии, его сыну. (2) Отец царствовал над индами 52 года, сын — 20. И перешла царская власть его сыну Крадэве; (3) и с той поры переходит царская власть по большей части по наследству, передаваясь от отца сыну; если же род прерывался, то вручалась царская власть над индами по благородству. (4) Есть предание о том, что Геракл, который приходил к индам, у самих же индов и был рожден. (5) Этого Геракла более всего почитают у сурасенов[70], индийского народа, где есть два крупных города: Метора[71] и Клейсобора[72], и судоходная река Иоманес[73] течет через их землю; (6) Мегасфен говорит, что, как рассказывают сами инды, одежда, которую носил тот Геракл, была похожа на [одежду] Геракла Фиванского. И родилось у него множество детей мужского пола в земле индов, ведь и этот Геракл вступал в брак со многими женщинами, дочку же родил всего одну. (7) Имя девочки было Пандайя, и страна, в которой она родилась и править которой ей поручил Геракл, называется Пандайя по имени девочки. Ей также досталось от отца 500 слонов, 4000 лошадей и 13 000 пехотинцев. (8) Вот еще что некоторые из индов рассказывают о Геракле: он, обойдя всю землю и море и вычищая от всякого зла, нашел в море новый вид женского украшения, (9) который те, что доставляют нам товары из страны индов, до сего дня охотно покупают и вывозят. И наиболее богатые и удачливые — раньше из эллинов, а теперь из римлян — с еще большей охотой покупают «морские Маргариты», как это называется на языке индов[74]. (10) Геракл же, так как ему понравилось это украшение, собрал со всего моря эти Маргариты в землю индов, чтобы служили его дочери украшением. (11) И говорит Мегасфен, что за их раковинами охотятся сетями, живет же в море по многу раковин вместе, как пчелы. И есть у этих Маргарит царь и царица, как у пчел. (12) И если кто–либо его [царя] случайно поймает, то и весь рой Маргарит легко изловит, если же царь от него ускользнет, то не поймать ему и остальных. Поймавшим нужно подождать, пока у Маргарит не сгниет мякоть, а костяшкой пользоваться как украшением. (13) У индов Маргариты стоят в три раза дороже, чем чистое золото; и оно в земле индов добывается.

Глава 9

(1) В той стране, где царствовала дочь Геракла, женщины в семь лет вступают в брачный возраст, мужчины же живут самое большее до 40 лет. (2) И об этом передают у индийцев следующий рассказ: так как дочь Геракла родилась, когда он был уже старый, и не было достойного мужа, которому он отдал бы свою дочь, почувствовав приближение смерти, он сам соединился с дочерью, которой было 7 лет, чтобы оставить от себя и нее род, царствующий над индами. (3) Сделал ее Геракл готовой к браку; и с той поры весь этот род, который основала Пандайя, имел это право от Геракла. (4) Мне же кажется, что если Геракл был способен сотворить такие удивительные вещи, то мог бы пожить и подольше, чтобы сойтись с более взрослой дочерью. (5) Если же то, что говорят о возрасте тамошних девочек, достоверно, то, как мне кажется, это согласуется с тем, что говорят о возрасте мужчин, что самые старые из них умирают сорокалетними. (6) Так как старость у них приходит настолько быстрее и смерть вслед за старостью, то и расцвет в соответствии с концом наступает быстрее. (7) Так что 30–летние мужчины у них вступают в старость, те же, кому исполнилось 20, выходят из юношеского возраста, самая цветущая пора падает на 15–летний возраст; соответственно и брачный возраст их женщин падает на 7 лет. (8) Ведь, как написал этот самый Мегасфен, и плоды в этой стране созревают и портятся быстрее, чем где бы то ни было. (9) От Диониса до Сандрокотта инды насчитывают 153 царя, лет же 6042; за это время всего трижды они становились свободны… другой раз 300 лет, третий — 120. (10) Инды говорят, что Дионис старше Геракла на 15 поколений; никто другой не вторгался в землю индов с войной, ни Кир, сын Камбиза, хотя он и ходил на скифов, и вообще Кир стал самым предприимчивым царем во всей Азии. (11) Но пришел Александр и покорил силой оружия все те народы, которые прошел, и покорил бы всех, если бы пожелало войско. (12) И ведь никогда ни один из индов из чувства справедливости не ходил за пределы родины войной.

Глава 10

(1) Рассказывают еще вот что: что инды никогда не ставят памятников умершим, но полагают достойными памяти умерших великие доблести мужей и в честь них слагают гимны. (2) Невозможно указать точного числа индийских городов из–за их многочисленности, но те, которые стоят на берегах рек или моря, те строят из дерева, (3) так как иногда постройки из кирпича не выдерживают воды, идущей с неба, и от того что реки у них, выходя из берегов, заполняют водой равнины. (4) Те же, кто живет в возвышенных или гористых местах, к тому же лишенных растительности, строят дома из кирпича и глины. (5) Самый же крупный город у индов называется Палимботра, [он находится] в земле прасиев[75], у слияния рек Эраннобоаса и Ганга; так как Ганг — крупнейшая из рек, Эраннобоас — третья из индийских рек, но и он больше, чем где бы то ни было, но сам уступает Гангу, когда вливает в него свои воды. (6) Мегасфен говорит, что город имеет длину с каждой из двух сторон, где она выстроена длиннее всего, до 80 стадий, ширину же до 50. (7) Город окружает ров шириной в 6 плетров[76], его глубина — 30 локтей; имеется башен — 570 на стене и ворот — 64. (8) И что еще замечательного есть в земле индов, так это то, что все инды свободны и нет ни одного инда–раба. (9) В этом лакедемоняне и инды похожи. Для лакедемонян рабами являются илоты, и они выполняют все рабские работы, у индов же ни кто–либо чужой не является рабом, ни кто–либо из индов.

Глава 11

(1) Делятся же все инды по большей части на семь разрядов. Первым из них являются софисты, числом из всех наименьший, славой и почетом наиболее выдающийся; (2) у них нет необходимости ни заниматься телесным трудом, ни вносить от своих трудов в общину; и нет у софистов вообще никакой другой обязанности, кроме как приносить жертвы богам за общину индов; (3) если же кто–либо приносит жертву частным образом, кто–либо из софистов руководит его жертвоприношением, чтобы, принося в жертву, не ублажил богов не так, как следует. (4) Одни они из индов сведущи в гадании, никому не позволяется гадать, разве только ученому мужу. (5) Гадают же они о временах года, и не ожидает ли общину что–нибудь дурное; давать частные предсказания у них не полагается, чтобы не опускалось гадание до мелких или если недостойно за них браться. (6) Тот же, кто трижды ошибется в гадании, ничего дурного с ним не случается, кроме того что в дальнейшем должен хранить молчание; и ничто не заставит такого мужа, осужденного на молчание, произнести звук. (7) Эти софисты жизнь проводят нагими, зимой — под открытым небом на солнце, летом же, когда солнце печет, на лугах и в низинах под огромными деревьями, тень вокруг которых, как говорит Неарх, достигает 5 плетров, и в тени одного дерева может укрыться 10 000 человек: таковы эти деревья. (8) Питаются же спелыми плодами и корой деревьев, так как кора сладка и питательна не меньше, чем плоды финиковой пальмы. (9) Вторыми же у них являются земледельцы, эти числом — наибольшие из индов. У них нет ни воинского оружия, ни военными делами им заниматься не положено, но они возделывают землю и вносят налоги царям и городам, которые самоуправляемы. (10) И если у индов случается война между собой, закон у них не позволяет захватывать землю возделывающих ее, ни делить эту землю, но одни ведут войну и убивают друг друга, как придется, другие же рядом с ними в безопасности пашут, или собирают плоды, или подрезают побеги, или жнут. (11) Третьими у индов являются овчары, пастухи и волопасы; и они не живут ни в городах, ни в деревнях, но являются кочевниками и живут по горам. От своих стад они вносят налог и охотятся по стране на птиц и диких зверей.

Глава 12

(1) Четвертый разряд — ремесленный и торговый. Они работают на общину и вносят налог от трудов своих, кроме тех, что изготавливают воинское вооружение: эти еще и из казны получают плату. В этом классе есть кораблестроители и моряки, которые плавают по рекам. (2) Пятый разряд у индов — воины, по численности второй после земледельцев, пользующийся большой свободой и приятной жизнью. И занимаются они только военными делами; (3) оружие им делают одни, коней предоставляют другие, а прислуживают в лагере третьи, иные же заботятся о лошадях, и начищают оружие, и водят слонов, и приводят в порядок колесницы, и правят ими. (4) Сами же они, если нужно воевать, воюют, в мирное же время наслаждаются приятной жизнью; а им поступает из казны такая плата, что и других от нее с легкостью кормят. (5) Шестыми у индов являются так называемые надзиратели. Они наблюдают за тем, что происходит в сельской местности и в городах, и докладывают это царю, где инды управляются царями, или властям, где существует самоуправление. Закон им не позволяет сообщать никакие ложные сведения, да и никто из индов не был обвинен во лжи. (6) Седьмыми являются те, кто вместе с царем или властями городов, которые являются самоуправляемыми, советуется по общим делам. (7) Этот разряд числом небольшой, но мудростью и справедливостью из всех считается наивысшим. Оттуда выбираются у них начальники и поставляются наместники, коневоды, казначеи, интенданты, флотоводцы, а также хозяйственные руководители и управители земледельческих работ. (8) Закон не позволяет брать в жены из другого разряда, например земледельцу из ремесленного и наоборот. Ни двумя ремеслами одному и тому же [человеку] этот закон заниматься не позволяет, ни переходить из одного разряда в другой, например стать земледельцем из овчаров или овчаром из ремесленного. (9) Из любого разряда у них можно стать только софистом, так как не легки труды у софистов, но тяжелее всех.

Глава 13

(1) Охотятся же инды на всяких диких зверей, подобно эллинам, но охота на слонов у них не похожа ни на что, так как и само это животное ни на каких других зверей не похоже. (2) Выбрав ровное место на самом солнцепеке, окапывают по кругу рвом так, чтобы можно было разместиться большому лагерю. В ширину делают ров в пять оргий[77], глубиной же в четыре. (3) Выкопанной землей из канавы, насыпав ее на каждой из сторон рва пользуются вместо стен, (4) сами же на краю под насыпью с внешней стороны рва делают себе выкопанные укрытия и в них оставляют щели, через которые к ним проникает свет, и они наблюдают за приближающимся и входящим в ограду зверем. (5) Затем, поместив внутри ограды трех–четырех самок, которые лучше всего приручены, оставляют один вход через ров, перекрыв его мостом; и кладут на него побольше земли и травы, чтобы для зверей мост был невидим и чтобы они не заподозрили никакого подвоха. (6) Сами же они держатся в стороне, разойдясь по укрытиям подо рвом. Дикие же слоны днем не приближаются к домашним, а ночью они бродят повсюду, пасутся стадом, следуя самому крупному и сильному, как коровы за быками. (7) Когда они приблизятся к ограде, слыша голос самок и чувствуя запах, несутся бегом в огороженное место; обойдя ров по краю и наткнувшись на мост, по нему бросаются в загон. (8) Люди же, поняв, что дикие слоны вошли в загон, одни быстро разбирают мост, другие отправляются бегом в близлежащие деревни сообщить, что в загоне имеются слоны; (9) они же, услышав об этом, седлают самых смелых и послушных слонов, оседлав же их, направляются в загон; прибыв, не сразу ввязываются в битву, но выжидают, пока дикие слоны настрадаются от голода и жажды и поработятся. (10) Когда им покажется, что они уже слабы, то, снова положив мост, гонят их в загон, и там сначала разгорается жаркая битва между домашними слонами и пойманными, а затем те, сломленные страхом и голодом, естественно, покоряются. (11) Люди же, спешившись, связывают нижнюю часть ног оставшимся в живых диким слонам, затем приказывают домашним усмирять их многими ударами, до тех пор пока те, обессилев, не упадут на землю. Встав рядом, набрасывают им на шеи петли, а сами седлают их лежащими. (12) Чтобы он не сбросил седока и не причинил ему какого–нибудь еще вреда, им по кругу подрезают острым мечом шею, и петлю обвязывают по ране, чтобы голову и шею из–за раны держал неподвижно. (13) Если же в порыве ярости [слон] начнет вертеться, веревка будет натирать рану. Так вот удерживают их неподвижными, а те, уже смирившись, идут на привязи за домашними.

Глава 14

(1) Если же кто из них слишком молод или из–за дурного характера не заслуживает того, чтобы ими владеть, тем позволяют уйти в их родные места. (2) Пойманным же и отведенным в деревни сначала дают поесть зеленого тростника и травы, (3) они же от страха есть ничего не хотят, инды же, став вокруг них, поют песни, ударяя в кимвалы и тимпаны по кругу и исполняя песни, успокаивают животных. (4) В самом деле, слон умен, как никакое другое животное. Некоторые из них, подняв своих убитых в бою седоков, сами относили в могилу, некоторые защищали лежачих, иные подвергались опасности за павших; один же, убив в гневе седока, умер от раскаяния и горя. (5) И сам я видел, как один слон ударял в кимвалы, а другие танцевали: два кимвала были привешены к передним ногам кимвалиста и еще один к так называемому хоботу; (6) он по очереди ударял хоботом в такт по кимвалу на каждой ноге, танцевавшие же вокруг водили хоровод: они ходили, поднимая и сгибая по очереди передние ноги в такт, который задавал им слон, игравший на кимвалах. (7) Спаривается слон весной, подобно быку или лошади, когда открывающиеся на висках у самок отверстия издают особый запах; вынашивают мелких [детенышей] 16 месяцев, крупных же — 18. Рожает же слониха одного, как и лошадь, и выкармливает его молоком до 8 лет. (8) Живут же самые старые из слонов до 200 лет, многие же из них из–за болезни умирают ранее; но могут и до такой старости дожить. (9) В качестве лекарства для глаз им вливают коровье молоко, против других болезней используют красное вино, раны же закрывают жареной свининой — таковы у индов лекарства для слонов.

Глава 15

(1) Инды считают, что тигры намного сильнее слонов. Неарх говорит, что видел тигриную шкуру, но самого тигра не видел; но сами инды рассказывают, что величиной тигр равен самой крупной лошади, а силой и быстротой ни на кого другого не похож; (2) когда тигр сойдется со слоном, то, вскочив слону на голову, легко [его] душит. (3) Те же, которых мы видим и называем тиграми, — полосатые шакалы, более крупные, чем остальные шакалы. (4) Что же до того, что Неарх говорит о муравьях, то муравьев он не видел, каковые, как писали некоторые, водятся в земле индов, видел же их многочисленные шкуры, принесенные в македонский лагерь. (5) Мегасфен же говорит, что рассказ о муравьях достоверен в том, что те выкапывают золото, но не ради самого золота, но копают по своей природе, чтобы спрятаться в норе, подобно тому, как и наши маленькие муравьи понемногу копают землю. (6) Те же, будучи больше лис, и землю роют сообразно со своей величиной; земля же золотоносна, и от этого у индов происходит золото. (7) Но Мегасфен передает слухи, я не буду добавлять что–либо более достоверное этого и охотно заканчиваю рассказ о муравьях. (8) Неарх, как о каком–то чуде, сообщает о попугаях, что водятся в земле индов, и что за птица этот попугай, и что издает человеческие звуки. (9) Сам я, так как многих [попугаев] видел и знаю, что и другие [этих] птиц видели, конечно, не буду ничего рассказывать, как о диковинке: ничего о величине обезьян, или что у индов водятся красивые обезьяны, ни о том, как они охотятся, рассказывать не буду. Ведь рассказал бы я общеизвестное, кроме, разве что, того, что обезьяны красивы. (10) Неарх говорит, что и на змей охотятся, пестрых и быстрых, величиной же каковых, как он говорит, поймал Пифон, сын Антигена, в 16 локтей. Сами же инды говорят, что змеи водятся, и гораздо крупнее этих. (11) Врачи же эллинские не нашли никакого лекарства для того, кто был укушен индийской змеей, сами же инды лечат укушенных. И к этому добавляет Неарх, что Александр собрал вокруг себя индов, наиболее искушенных во врачебном деле, и объявил по лагерю, что, кто будет укушен, да идет к палатке царя. (12) Они же самые врачевали и другие болезни и немощи. Впрочем, среди индов напастей немного, так как климат там умеренный; если же приключится что–либо серьезное, спрашивают совета у софистов, а те, не без помощи божества, лечат то, что излечимо.

Глава 16

(1) Одеждой же инды пользуются льняной, как говорит Неарх, из льна, растущего на деревьях, о которых мною уже было сказано. Этот лен светлее по цвету всякого другого льна, или, так как сами они черны, кажется, что и лен светлее. (2) Есть у них и льняные хитоны до середины голени, платье же, перебросив вокруг плеч, наматывают на голову. (3) Те инды, которые очень богаты, носят серьги из слоновой кости; не все инды [их] носят. (4) Неарх говорит, что инды красят бороды в самый разный цвет: одни в как можно более светлый, чтобы казаться светлыми, другие в темный, у одних [они] багряные, у других пурпурные, у третьих зеленые; (5) те, кто наиболее знатны из индов, летом носят зонтики. Сандалии носят из светлой кожи, и они особенно тщательно сделаны: подошва сандалий украшена резьбой и приподнята, чтобы казаться выше. (6) Оружие индов бывает разного вида: те, кто у них пехотинцы, носят лук, равный по длине носящему его; поставив его вниз на землю и упершись левой ногой, стреляет, далеко оттянув тетиву; (7) стрелы же у них немногим меньше трех локтей, и ничто не выдерживает удар стрелы, пущенной индийским лучником: ни щит, ни панцирь, ни что–либо более крепкое, если бы нашлось. (8) В левой руке у них легкий щит из бычьей кожи: они или уже, или имеют ширину щитоносца, в длину же немногим меньше. (9) У других вместо луков копья. Все носят мечи — широкие, в длину не меньше трех локтей; и когда им приходится вступить в рукопашный бой — что у индов между собой не часто случается, — удар наносят двумя руками, чтобы удар получился сильнее. (10) Всадники имеют при себе два копья, это копья метательные, и легкий щит меньших размеров, чем у пехотинцев. Лошади у них не оседланы, да и не взнуздывают их, подобно эллинским взнузданным или кельтским; (11) край лошадиной морды обмотан сшитой бычьей кожей, через которую проходит медное или железное стрекало, не очень острое, у богатых же стрекало из слоновой кости; в пасти же у лошади имеется железка — такой стержень, к которому прикреплены поводья; (12) когда поводья натягивают, стержень сдерживает лошадь, а стрекало, к нему прикрепленное, колет и не оставляет ничего, как только повиноваться поводьям.

Глава 17

(1) Телом же инды худы и высоки и гораздо легче всех остальных людей. Для переездов многим индам служат верблюды, и лошади, и ослы, богатым же — слоны. (2) Животным для переездов царя является у индов слон, на втором месте по почету находится четверка коней, на третьем — верблюды. Ездить на одном коне считается малопочетным. (3) Женщины же у них, которые очень скромные, ни за какую другую плату не уклонятся от добродетели, но, получив слона, женщина сходится с дарителем; сойтись за слона инды не считают никаким позором, но женщинам кажется почетным, если ее красота достойна слона. (4) При вступлении в брак они ничего не дают и ничего не берут, но тех, которые достигли брачного возраста, отцы, выведя на всеобщее обозрение, дают выбрать победителю в кулачном бою, или борьбе, или беге, или явившему какое–либо другое доказательство мужества. (5) Инды едят хлеб и пашут землю — те из них, которые не живут в горах: эти питаются мясом диких животных. (6) Те наиболее известные сведения, что сообщили два славных мужа — Неарх и Мегасфен, мне кажутся достаточными [для рассказа] об индах; (7) так как моей целью не является описание обычаев индов, но то, как прошел переход Александра в Персию из [земли] индов, все это да будет отступлением от моего рассказа.

Глава 18

(1) Александр же, когда флот на берегах Гидаспа был для него приготовлен, собрал всех финикийцев, критян и египтян, которые участвовали с ним в этом походе, и набрал из них экипаж для кораблей, выбрав наиболее сведущих в морских делах среди них матросами и гребцами. (2) Было в войске немало и островитян, которые занимались этим делом, ионийцев и жителей Геллеспонта. (3) Командирами кораблей им были назначены из македонян Гефестион, сын Аминтора, и Леоннат, сын Эвна, и Лисимах, сын Агафокла, и Асклепиодор, сын Тимандра, и Архонт, сын Клиния, и Демоник, сын Афенея, и Архий, сын Анаксидота, и Офелл, сын Силена, и Тимант, сын Пантиада. Все они пеллейцы; (4) из Амфиполя [корабли] вели следующие: Неарх, сын Андротима, который описал все, что случилось в ходе плавания, и Лаомедон, сын Лариха, и Андросфен, сын Каллистрата; (5) из Орестиды — Кратер, сын Александра, и Пердикка, сын Оронта. Эордийцы же — Птолемей, сын Лага, и Аристон, сын Писия. Из Пидны же — Метрон, сын Эпихарма, и Никархид, сын Сима. (6) Кроме того, Аттал, сын Андромена, тимфеец, и Певкест, сын Александра, миезец, и Пейтон, сын Кратея, алкоменеец, и Леоннат, сын Антипатора, эгеец, и Пантавх, сын Николая, алорец, и Миллей, сын Зоила, бероец. (7) Из эллинов были: Медий, сын Окситемида, из Лариссы, Евмен, сын Иеронима, из Кардии, Критобул же, сын Платона, косец, и Тоас, сын Менодора, и Меандр, сын Мандрогена, магнезиец, Андрон, сын Кабелея, теосец. (8) Из жителей Кипра же были: Никоклей, сын Пасикрата, солиец, и Нитафон, сын Пнитагора, саламинец. Был же у него командиром корабля и один перс, Багой, сын Фарнуха. (9) Командиром корабля самого Александра был Онесикрит, астипалеец, описывал же весь поход Эвагор, сын Эвклеона, коринфец. (10) Флотоводцем же над всеми ними был поставлен Неарх, сын Андротима, родом же Неарх с Крита, жил, однако, в Амфиполе на Стримоне. (И) Как только все было устроено Александром, он принес жертвы отеческим богам и тем, что были назначены оракулом, и Посейдону, и Амфитрите, и Нереидам, и самому Океану, и реке Гидаспу, от которой отправился в путь, и Акесину, в который впадает Гидасп, и Инду, в который впадают обе реки; (12) им были устроены музыкальные и гимнастические соревнования, и жертвенные животные были розданы по всему войску по подразделениям.

Глава 19

(1) Когда у него все было приготовлено к отплытию, он приказал Кратеру идти с пехотой и конницей по одному берегу Гидаспа; по другому берегу шел Гефестион с другим войском, еще более многочисленным, чем то, которое было придано Кратеру. Гефестион вел с собою и слонов, которых было у него до 200. (2) Сам Александр вел с собою так называемых щитоносцев, всех лучников и так называемых гетайров из всадников; всего около 8000 человек. (3) Тем, что шли с Кратером и Гефестионом, было приказано, чтобы они, выдвинувшись вперед, дожидались флота. (4) Филиппа же, который был у него сатрапом этой страны, он отправил к берегам реки Акесина с большим войском. (5) За ним уже следовало 120 000 воинов, включая тех, кого он сам увел с моря, а также и тех, которые потом привели с собою посланные для набора войска; он вел с собой разные варварские народы, вооруженные каждый своим оружием. (6) Сам Александр, выйдя на кораблях, прошел вниз по Гидаспу вплоть до места слияния Гидаспа и Акесина. (7) Всего у него было 800 кораблей: как больших, закругленных кораблей, так и других для перевозки лошадей, на которых везли провиант для войска. (8) О том, как прошел у него поход по рекам, столько во время этого плавания он покорил народов, как у маллов он сам подвергся опасности, о ране, нанесенной ему у маллов, как Певкест и Леоннат прикрыли его своими щитами, когда он упал, — все это уже рассказано мною в другом сочинении, написанном на аттическом наречии. (9) Моей же целью является рассказ о плавании, которое совершил Неарх, двинувшись от места впадения Инда по Великому морю вплоть до Персидского залива, который некоторые иные называют Эритрейским морем.

Глава 20

(1) Неарх об этом передает следующий рассказ: у Александра было желание переплыть море от индов до Персидского моря, (2) но он боялся длительности плавания и того, как бы не попасть в какую–нибудь пустынную страну с неудобными пристанями и не имеющую нужного количества еды; тогда флот его мог бы погибнуть, и он не хотел, чтобы это прискорбное пятно, павшее на его великие деяния, уничтожило славу его счастливо проведенных подвигов; но в нем победило желание делать всегда что–либо новое и необычное. (3) Он был в недоумении, кого выбрать такого, кто был бы способен к выполнению задуманного им плана, и вместе с тем как бы рассеять страх в назначенных на суда людях, отправляемых в такую экспедицию. (4) Неарх говорит, что Александр советовался с ним самим, кого назначить руководить походом. То одни то другие приходили на ум, но [он] отвергал их как не желавших подвергаться риску: одних как малодушных, других как охваченных тоской по дому, иных потому, что имели то одни то другие слабости; (5) тогда [Неарх] сам, вызвавшись, сказал: «О царь, я сам возьму на себя командование походом и, если божественная сила поможет, приведу тебе невредимыми корабли и людей до персидской земли, если только море там судоходно и само дело для человеческого рассудка не является неисполнимым». (6) Александр же, по его словам, казалось, не хотел подвергать таким трудностям и такому риску кого–либо из своих друзей, сам же он, напротив, не ослаблял [своей просьбы], но еще больше настаивал. (7) Наконец, Александр, восхищенный готовностью Неарха, обнял его и назначил его командовать всем флотом; (8) и тогда войско, которое было назначено для этого похода, и весь экипаж кораблей успокоился, потому что Александр никогда не послал бы Неарха на явную опасность, если бы не позаботился о том, чтобы они остались невредимыми; (9) совершенный блеск приготовления, оборудование кораблей, поразительная заботливость начальников — триерархов — о гребцах и экипаже обратили настроение нерешительных в уверенность и твердую надежду на то, что все дело окончится вполне благополучно. (10) Особенно много придавало уверенности войску то обстоятельство, что сам Александр вышел в море через оба устья Инда, что он заклал жертвы Посейдону и другим морским богам и что были принесены щедрые дары морю. (11) И кроме того, они говорили, что при невероятном счастье Александра они убеждены, что нет ничего того, на что бы он не мог решиться и не мог бы выполнить.

Глава 21

(1) Когда прекратились этесийские ветры, которые, дуя в течение всего лета с моря на землю, тем самым делают невозможным плавание, тогда и двинулись в поход при афинском архонте Кефисодоре, в 20–й день месяца Боэдромиона по афинскому счету, так же, как считают македонцы и азиаты, это был месяц Гиперберет в одиннадцатый год царствования Александра. (2) Перед отправлением и Неарх принес жертвы Зевсу–спасителю и сам устроил гимнастические соревнования. Отойдя от пристани, в первый день причалили к большому каналу на Инде и оставались там два дня; это место называлось Стура; от стоянки оно отстояло стадий на 100. (3) На третий день, подняв якоря, они прошли тридцать стадий до другого канала, вода этого канала уже солоновата, так как море доходит до него, особенно во время приливов, и морская вода, смешанная с речною, остается здесь и во время отливов. Это место называлось Кавмана. (4) Пройдя отсюда вниз по течению еще 20 стадий, они пристали к Кореесте[78] все еще на реке. (5) Двинувшись отсюда, они проплыли немного: перед ними показались подводные скалы у впадения Инда в этом месте [в море], и волны бились о берег, а самый берег был каменист. (6) Там, где полоса рифов была более пологой, они, сделав канал в пять стадий, провели корабли, когда начался прилив с моря. (7) Пройдя 150 стадий, они пристали к песчаному острову Крокала и провели там следующий день. (8) Живет в этих местах индийское племя, называющееся арабии, которых я упомянул и в большем сочинении; я говорил, что название свое они получили от реки Арабиса[79], которая, протекая по их земле, впадает в море, служа границей между ними и племенем орейтов. (9) Из Крокал они поплыли дальше, имея по правую руку гору, которая у них называется Эйрон, по левую — плоский остров; этот остров тянется вдоль берега и образует узкий пролив. (10) Проплыв через него, они остановились в удобной для причаливания гавани. Так как эта гавань была большой и красивой, Неарх решил назвать ее гаванью Александра. (11) У устья этой гавани есть остров, отстоящий от него приблизительно на два стадия; остров называется Бибакта, а все место — Сангада; этот остров, лежащий перед морем, и образует гавань. (12) Там с открытого моря дули сильные и постоянные ветры; Неарх же, боясь, как бы кто–либо из варваров, собравшись толпой, не разграбил лагерь, обнес это место каменной стеной. (13) На этой стоянке они пробыли 24 дня. Неарх рассказывает, что солдаты ловили морские ракушки и так называемую рыбу–меч необычайной величины, если сравнить ее с теми, которые встречаются в нашем море; и еще он говорит, что пили соленую воду.

Глава 22

(1)Как только прекратился ветер, они пошли дальше. Преодолев около 60 стадий, пристали к песчаному берегу. Возле берега был пустынный остров. (2) Воспользовавшись им как укрытием, они стали на якорь. Название этого острова — Домай. Воды на берегу не было, но они, пройдя в глубь материка приблизительно на 20 стадий, встретили хорошую воду. (3) На следующий день их плавание до Саранги на 300 стадий проходило ночью, и причалили к берегу, а была вода на расстоянии около восьми стадий от берега. (4) Отплыв оттуда, они пристали к Сакалам, пустынному месту. Затем, проплыв между двумя отвесными скалами, стоящими так близко одна от другой, что весла кораблей касались с той и другой стороны этих скал, они, пройдя около 300 стадий, пристали к Моронтобарам. (5) Гавань здесь большая, закругленная, глубокая и защищенная от волнений; но вход в нее узкий; ее на местном языке называли «Женской гаванью», так как какая–то женщина первой властвовала в этой местности. (6) Когда они проплыли между этими скалами, столкнулись с сильной волной и бурным морем; и подняться от этих скал в открытое море оказалось делом трудным. (7) На следующий день они поплыли дальше, имея слева какой–то остров перед открытым морем, так близко подходящий к берегу, что могло бы показаться, что между островом и берегом вырыт канал. Так они проплыли всего 70 стадий. На берегу было много густых деревьев, и остров был покрыт разнообразным лесом. (8) К рассвету они поплыли по узкому фарватеру вне защиты острова; мешал им еще и отлив моря. Проплыв до 120 стадий, они остановились в устье реки Арабиса; возле устья была большая и красивая гавань; питьевой же воды не было, так как вода Арабиса у устья смешивается с морской. (9) Тогда, пройдя 40 стадий в глубь материка, они встретили пруд и, набравши там воды, вернулись назад. (10) Около этой гавани был высокий и пустынный остров. Около него хорошо ловились ракушки и всякого рода рыба. До этих пор простирается область арабиев, крайних из живущих на этой стороне индов; отсюда уже идут орейты.

Глава 23

(1) Отплыв от устья Арабиса, они плыли вдоль страны орейтов; пройдя приблизительно 200 стадий, они остановились в Пагалах у морского берега; но для того, чтобы бросить якоря, место было удобное. Экипаж оставался на кораблях в открытом море, те же, кто сошли с кораблей, носили воду. (2) На другой день, двинувшись с рассветом и проплыв около 400 стадий, к вечеру они подошли к Кабане и стали у пустынного берега. Так как и здесь морской берег был скалистым, то корабли стали на якорь в открытом море. (3) Во время этого плавания сильный ветер с моря обрушился на корабли, и во время него погибли два больших корабля и легкое судно; люди спаслись вплавь, так как корабли плыли недалеко от земли. (4) Отчалив в середине ночи, они плыли вплоть до Кокал, которые от того берега, откуда они тронулись, отстоят на 200 стадий. Корабли оставались в открытом море на якоре, экипаж же Неарх, высадив на землю, разместил на отдых в лагере, так как все, сильно настрадавшись в море, жаждали передышки. Лагерь он укрепил стеною для защиты от варваров. (5) В этом месте Леоннат, которому от Александра было передано управление орейтами, в великой битве одолел орейтов и тех, кто помогал орейтам в этом деле. Он убил из них 6000, в том числе всех военачальников; из бывших с Леоннатом погибло 15 всадников, из пехотинцев несколько, немного, и Аполлофан, сатрап гадросиев. (6) Все это описано в другом сочинении, и как Леоннат за это был награжден Александром золотым венком перед македонцами. (7) Здесь по приказу Александра был заготовлен хлеб для войскового провианта, и в течение 10 дней хлеб загружали на суда. (8) Те корабли, которые во время плавания до этих мест получили повреждения, здесь были починены, а тех из матросов, которые показались Неарху на деле ленивыми и изнеженными, он дал Леоннату вести пешим строем; сам же пополнил свой флот солдатами, которые были с Леоннатом.

Глава 24

(1) Двинувшись оттуда, они плыли с попутным ветром и, пройдя около 50 стадий, пристали у бурной реки, которая называлась Томер[80]. (2) При впадении этой реки в море было болото; низины у берега населяли люди, жившие в тесных хижинах. Когда они увидели подплывавших, они, изумившись, вытянувшись по берегу, выстроились, собираясь сражаться с выходящими на берег. (3) Они носили толстые копья, величиною в шесть локтей; однако наконечники не были железными, но острие у них было обожженным. Число их доходило до 600. (4) Когда Неарх увидел, что они стоят на месте и выстроились в боевом порядке, он велел кораблям стать на якорь на расстоянии полета стрелы так, чтобы стрелы с кораблей достигали земли; толстые же копья варваров были пригодны для ближнего боя, при бросании же они не представляли опасности. (5) Неарх, выбрав тех из солдат, которые были наиболее подвижны, и легче всего вооружены, и лучше умели плавать, велел им по условному знаку броситься в море; (6) им был дан приказ, чтобы каждый из них, бросившись в воду, встал в воде, ожидая стоящего рядом в строю и не нападая на варваров, пока фаланга не выстроится по три человека в глубину; тогда, подняв боевой клич, бегом идти на них. (7) И с тем как те, которые были для этого назначены, стали бросаться с кораблей в море, быстро плыли и выстроились в порядке; и построившись фалангой, они подняли военный клич в честь Эниалия и бегом двинулись на врага. Оставшиеся на кораблях подняли вместе с ними крик и стали пускать в варваров стрелы и снаряды из метательных орудий; (8) враги, испуганные блеском оружия и стремительностью атаки и поражаемые стрелами и другими снарядами, а они были полунаги, не заняв оборону даже на короткое время, обратились в бегство. Одни из них во время бегства были убиты, другие взяты в плен; были и такие, кто убежал в горы. (9) Все тело у пленников и голова были покрыты густыми волосами, а ногти у них были как у зверей. Рассказывали, что этими ногтями они пользовались как железом, прокалывали и раздирали ими рыбу и разрезали ими деревья, которые помягче; другие же деревья они рубили острыми камнями, так как у них не было железа. В качестве одежды они носили звериные шкуры, а некоторые — и толстые шкуры больших рыб.

Глава 25

(1) Тут греки вытащили корабли на сушу и починили те из них, которые были повреждены. На шестой день они отправились дальше и, пройдя около 300 стадий, прибыли в место, которое была крайним в земле орейтов; название этого места Малана[81]. (2) Орейты, которые живут на материке, вдали от моря, одеваются подобно индам и так же готовят военное снаряжение; язык же у них другой, и другие обычаи. (3) Длина этого плавания вдоль берегов страны арабиев — самое большее 1000 стадий с того места, откуда они отплыли, вдоль земли орейтов же —1600. (4) Неарх говорит, что, когда они прошли землю индов, а отсюда индов более нет, тени у них не так отбрасываются; (5) но там, где они уходили далеко в море на юг, и сами тени, казалось, поворачивались на юг; когда же солнце держалось в середине дня, все у них казалось лишенным тени. (6) Те из звезд, которые раньше были видны высоко в небе, были совершенно невидимы, другие были видны у самой земли, те, которые раньше были видны постоянно, то заходили, то восходили вновь. (7) То, что написал Неарх, мне кажется правдоподобным, так как и в Сиене египетской, когда летом наступает время солнцеворота, показывают колодец, он в полдень не отбрасывает тени; в Мероэ же все в это время лишено тени. (8) Вероятно, что и у индов, которые живут ближе к югу, имеет место то же самое явление, особенно вдоль Индийского моря, так как море у них тянется к югу. Ну да хватит об этом.

Глава 26

(1) За орейтами в глубине материка живут гадросии[82], чью страну Александр с войском прошел с трудом и натерпелся стольких бед, сколько не испытал за весь поход. Все это мной описано в большем сочинении. (2) За пределами гадросиев, вдоль самого морского берега, живут так называемые ихтиофаги, мимо их страны и плыли. В первый день они, снявшись с якоря около второй стражи, прибыли в Багисары, пройдя около 600 стадий. (3) Там были удобная для причаливания гавань и деревня Пасира, отстоящая от моря на 60 стадий. Живут в ней пасирейцы. (4) На следующий день, выйдя в море еще раньше, они объехали какой–то мыс, сильно вдающийся в море, высокий и обрывистый; (5) выкопав колодцы и набрав немного плохой воды, они простояли этот день на якорях, потому что вдоль берега был сильный прибой. (6) На следующий день они добрались до Кольты, пройдя 200 стадий. Затем, отплыв рано утром и пройдя 300 стадий, они пристали в Калимах. У берега была деревня, вокруг нее росло немного финиковых пальм, и на них были еще зеленые плоды. На расстоянии 100 стадий от берега был остров, называвшийся Карнине. Там деревенские жители преподнесли Неарху в дар гостеприимства овец и рыбу; он говорит, что мясо овец было похоже на рыбье и мясо морских птиц, так как и сами они питаются рыбой, ибо травы в стране нет. (8) На другой день они прошли 200 стадий и пристали к берегу. На 30 стадий от моря отстояла деревня, которая называлась Киса, а название берега было Карбис. (9) Здесь они нашли маленькие суда; такие суда бывают у бедных рыбаков, их самих они не застали, [ибо те ушли,] завидев приближающиеся суда. Хлеба там не было, и в войске чувствовался большой его недостаток, но, погрузив на корабли коз, так и отплыли. (10) Объехав высокий мыс, выдающийся в море стадий на 150, они остановились в спокойной гавани; тут была и вода и жили рыбаки. Название этой гавани было Мосарна.

Глава 27

(1) Неарх говорит, что с того места проводником в плавании был гадросец по имени Гидрак; Гидрак взялся довести их до Кармании. Дальнейшее плавание оттуда было уже нетрудно, но гораздо лучше известно вплоть до самого Персидского залива. (2) Отчалив от Мосарны ночью, они прошли 750 стадий до Баломского берега, а оттуда до деревни Варна 400 стадий; там было много финиковых пальм и сад. В саду росли мирты и другие цветы, из которых жители этого поселка плетут себе венки и гирлянды; там они в первый раз увидели культурные деревья и людей, ведущих не совсем звериный образ жизни. (3) Оттуда, пройдя 200 стадий, они остановились в Дендробосе[83]; корабли остались на якорях в открытом море. (4) Поднявшись оттуда около полуночи, они прибыли к гавани Кофанта, пройдя около 400 стадий; (5) там жили рыбаки; суда у них были маленькие и плохие. Веслами они гребут не на уключинах, как принято у греков, но как в реке, быстро ударяя с той и другой стороны челнока по воде, подобно тем, которые вскапывают землю: в гавани воды было много, и вода была чистой. (6) Отчалив в первую стражу, они пристали к Киизам, пройдя почти 800 стадий; здесь берег был пустынный и с сильным прибоем. Поэтому они стали на якорь и готовили себе обед на кораблях. (7) Пройдя оттуда 500 стадий, они прибыли в какой–то маленький город, расположенный на холме, недалеко от берега. (8) Неарх, заметив, что страна хорошо возделана, сказал пеллейцу Архию, который был сыном Анаксидота, и плыл вместе с Неархом, и пользовался среди македонцев славой, ему он сказал, что местечко это надо взять; (9) по его мнению, добровольно войску хлеба не дадут, силой же его не взять, нужна осада и задержка, у самих же чувствуется недостаток хлеба. То, что страна плодородна, видно по густому жнивью, которое они увидели недалеко от берега. (10) Прочим кораблям он приказал приготовиться как бы к плаванию, и Архий начал готовиться к плаванию; сам же он, оставшись с одним кораблем, отправился как бы для обзора города.

Глава 28

(1) Когда он подъехал к стенам, горожане дружелюбно вынесли ему из города дары гостеприимства: жаренных на сковородах тунцов — они живут последними из ихтиофагов, но являются первыми из них, кто не употребляет сырую пищу, — немного лепешек и фиников. (2) Он же сказал, что с радостью это принимает и что хотел бы осмотреть город; они разрешили войти. (3) Когда он вошел в ворота, то велел двум лучникам удерживать их, сам же с двумя другими и переводчиком, взойдя на стену на этой стороне, дал бывшим с Архием сигнал, как было условлено; условлено же было дать знак и, получив ответ, выполнить приказ. (4) Увидев знак, македоняне быстро подвели корабли к берегу и со всей стремительностью попрыгали в воду; варвары, пораженные случившимся, побежали за оружием. (5) Переводчик же, бывший с Неархом, стал громко объявлять, чтобы они дали войску хлеба, если хотят сохранить город невредимым. Те же отрицали, что у них есть хлеб, и одновременно бросились к стене; но их оттеснили лучники, бывшие с Неархом, поражая их стрелами с более возвышенного места. (6) Когда они поняли, что город уже взят и порабощен, они стали просить Неарха уйти, взяв, сколько у них было, хлеба, но не разрушать города. (7) Неарх велел Архию захватить ворота и стены вокруг них, а сам послал вместе с ними посмотреть, без обмана ли покажут хлеб. (8) Они показали много молотой муки из жареной рыбы, пшеницы и немного ячменя; и действительно, хлеб у них оказался из рыбьей муки, а хлебом из зерна они пользуются как приправой. (9) Когда они показали то, что у них было, то, запасшись провиантом из имевшегося, вышли в море и стали на якорь у мыса, который местные жители считали посвященным Солнцу; название этого мыса — Багия.

Глава 29

(1) Отчалив оттуда около полуночи, они проплыли около 1000 стадий до гавани Тальмена, имевшей удобную стоянку, оттуда они прошли стадий 400 до пустынного города Канасиды, где они натолкнулись на какой–то вырытый колодец и где росли дикие финики. Поели, разрезая сердцевины пальм, (2) ибо хлеб у войска закончился. И уже страдая от голода, плыли они день и ночь и пристали к пустынному берегу. (3) Неарх же, опасаясь, как бы, сойдя на берег, они не покинули корабли от малодушия, держал суда на якорях здесь в открытом море. (4) Отчалив оттуда, они причалили к Канате, пройдя около 750 стадий. Есть там и берег, и небольшие каналы. (5) Пройдя оттуда около 800 стадий, остановились в Таоях; там были маленькие и бедные деревни. Люди же побросали свои жилища, сами же они нашли немного хлеба и финиковых плодов. И убив семь оставленных верблюдов, насытились их мясом. (6) Отчалив на рассвете, они прошли 300 стадий и пристали к Дагасейре; там жили какие–то кочевники. (7) Отчалив оттуда, они, двигаясь без отдыха целую ночь и день, пройдя еще 1100 стадий, миновали народ ихтиофагов, много претерпев страданий из–за недостатка в необходимом. (8) К земле они не пристали, так как на большом расстоянии поднялось сильное волнение, а стали на якоре в открытом море; длина плавания вдоль страны ихтиофагов была немного больше 10 000 стадий. (9) Эти ихтиофаги питаются рыбой, потому и называются так; немногие из них занимаются рыбной ловлей; немногие строят для этой цели суда и знают искусство рыбной ловли; но большую часть дает им отлив. (10) Для этой цели они изготавливают сети, многие из них величиною до двух стадий; они плетут их из волокна финиковой пальмы, переплетая волокно, как лен. (11) Когда же море отойдет и земля обнажается, там, где земля остается сухой, на большей ее части рыбы нет; там же, где поглубже и останется немного воды, там–то и бывает очень много рыбы, много ее мелкой, но попадается и крупнее. Закинув сети, они ее вытаскивают. (12) Поедают сырой, как только вытащат из воды, ту из них, что понежнее; ту, что покрупнее и пожестче, они сушат на солнце; когда эта рыба совершенно высохнет, они, размалывая ее, делают из нее муку и хлеб; а некоторые пекут из них лепешки. (13) Также и скот у них ест сухую рыбу, так как страна лишена лугов и не приносит травы. (14) Они ловят различными способами крабов, ракушки и багрянки; соль сама собой родится в этой стране…[84] и из них они делают масло. (15) Некоторые из них живут в пустынных местах, занимая страну, лишенную деревьев и культурных плодов, — для тех все питание заключается в рыбе. Немногие из них засевают маленькие участки земли и пользуются урожаем как приправой к рыбе, так как хлебом для них является рыба. (16) Дома же строят самые богатые из них следующим образом: когда море выбросит на берег кита, собирают его кости и пользуются ими как балками; и собирая более плоские кости, делают двери. Дома же большинство из тех, кто победнее, делают из рыбьих костей.

Глава 30

(1) В открытом море водятся огромные киты и гораздо более крупные рыбы, чем в нашем Средиземном. (2) Неарх же рассказывает, что, когда они шли из Кииз, на рассвете они увидели в море извергаемую кверху воду, как бы возносимую силой урагана. (3) Испуганные этим моряки спросили проводников на кораблях, что это было и отчего это явление; они же ответили, что киты, плывя по морю, выдувают воду кверху. У испуганных же гребцов из рук выпадали весла; (4) сам же Неарх, подойдя, обращался к ним со словами ободрения и воодушевления; и тем, мимо кого он проезжал, он приказывал повернуть корабли во фронт, как бы для сражения, и, поднявши боевой крик, грести с сильным шумом и страшным грохотом. (5) Так снова ободрившись, двинулись в тот же час по условному сигналу. Когда они уже приближались к животным, то подняли такой крик, насколько у них хватило голоса, затрубили в трубы и производили насколько возможно больший шум греблей. (6) Испуганные же киты, видневшиеся уже у самого носа судов, опустились в глубину и, немного позднее вынырнув за кормой, держались на поверхности и вновь выкинули кверху большую струю воды. (7) Тут среди моряков поднялся шум приветствий при этом неожиданном спасении, и раздавались похвалы смелости и мудрости Неарха. (8) Во многих местах, когда начинается отлив, некоторые из этих китов попадаются захваченными на мелях; иных же выкидывают на сушу жестокие бури; там они загнивают и погибают, и когда их мясо, сгнив, отомрет и опадет, оставшиеся кости используются людьми для [постройки] домов. (9) Ребра их, те, которые побольше, служат для этих зданий балками, а те, что поменьше, стропилами; кости их челюстей — эти идут на двери, так как многие из этих китов достигают величины до 25 саженей.

Глава 31

(1) Когда они плыли мимо страны ихтиофагов, то услышали рассказ о некоем острове, который лежит от этого материка стадий на 100 и на котором никто не живет. (2) Местные жители говорили, что он посвящен солнцу и называется Носала и что никто из людей не хотел приставать к нему; а кто по неопытности подойдет к нему, тот становится невидимым. (3) Неарх рассказывает, что у них один легкий корабль с экипажем из египтян исчез недалеко от этого острова и что проводники плавания утверждали, что они, как и по неведению пристававшие к этому острову, стали невидимы. (4) Неарх послал 30–весельный корабль обойти вокруг этого острова, приказав не высаживаться на остров, но, проплывая вблизи него, громким криком вызывать людей, называя по имени кормчего и всякого другого, чье имя известно. (5) Так как никто не повиновался, он говорит, что сам поплыл на остров, заставив матросов отправиться к нему против их воли; он вышел на берег сам и доказал, что рассказы об острове — пустые сказки. (6) Он слышал об этом острове и другой передаваемый рассказ: будто на нем жила одна из Нереид; имени этой Нереиды не называли — со всяким, кто приближался к острову, она совокуплялась и затем, обратив его из человека в рыбу, выбрасывала в море. (7) Гелиос же, раздраженный на Нереиду, приказал ей переселиться с этого острова; и [она] согласилась с тем, что переселится, но просила, чтобы он освободил ее от проклятия. И Гелиос ей обещал;

(8) тех же, которых она обратила в рыб из людей, он, пожалев, вновь из рыб обратил в людей; будто бы от них и дошел род ихтиофагов до Александра. (9) То, что они лживы, Неарх показал, а их и нетрудно в этом обличить; но я лично не хвалю его за задержку и мудрствование: я считаю жалким делом собирать эти старинные сказки и опровергать их как ложные.

Глава 32

(1)Выше ихтиофагов в глубь материка живут гадросии, занимая бедную и песчаную землю, там войско Александра претерпело много трудностей, да и сам Александр, как мною уже рассказано в другом сочинении. (2) Когда из страны ихтиофагов флот прибыл в Карманию, то там, где они сделали первую в Кармании остановку, они остались на якорях, так как далеко в море уходил каменистый риф. (3) Отсюда они уже плыли не к западу, а направляли по большей части носы кораблей между севером и западом. (4) Кармания богаче деревьями и плодами страны ихтиофагов и орейтов, в ней много травы и она обильна водой. (5) Они остановились в Бадисе, населенном месте Кармании, в котором росло много культурных деревьев, кроме оливковых, много хорошего винограда и к тому же хлебоносном. (6) Двинувшись оттуда и пройдя 800 стадий, они пристали к пустынному берегу, отсюда они увидели большой мыс, далеко вдающийся в море; этот мыс, казалось, отстоит на один день плавания; (7) люди, знающие эти места, говорили, что этот далеко выдающийся мыс принадлежит уже Аравии и называется Макета[85]; что отсюда вывозится в Ассирию корица и другое такого же рода. (8) И от того берега, где на якорях стоял флот, и того мыса, который они видели по ту сторону выдающимся в море, простирается внутрь залив — так мне кажется и так же казалось Неарху, — образуя, вероятно, Эритрейское море. (9) Когда они увидели этот мыс, Онесикрит велел плыть на него, чтобы не натерпеться бед, идя вдоль залива. (10) Но Неарх ответил Онесикриту, что он глуп, если не знает, для чего Александр снарядил эту экспедицию. (11) Не потому ведь, что ему трудно было вывести все войско в целости пешим образом, но потому он послал корабли, что хотел разузнать все берега по ходу плавания, все гавани и островки, и если встретится какой–либо залив, пройти его, и какие там есть приморские города, и какая земля плодородна, какая пустынна. (12) Итак, они не должны уничтожать дела, находясь близко к концу трудов, не нуждаясь к тому же ни в чем необходимом для плавания. Но боится, что, если этот мыс уходит на юг, как бы не оказаться в земле пустынной, безводной и выжженной. (13) Это мнение одержало верх, и мне совершенно ясно, что этим советом Неарх спас войско: есть слух, что этот мыс и вся страна около него пустынны и страдают от крайнего недостатка воды.

Глава 33

(1) Двинувшись от этого берега, они плыли, держась близко к земле, и, проплыв около 700 стадий, стали у другого берега; название этого берега — Неоптана. (2) И снова двинулись они перед рассветом, и пройдя 100 стадий, пристали на реке Анамис; это место называлось Гармозией. В ней было уже приятно и многообильно; не росли здесь только оливки. (3) Тут они сошли с кораблей и с удовольствием отдохнули от многих трудов, вспоминая, какие бедствия перенесли они на море и в земле ихтиофагов; вспоминали пустыню [этой] страны, звероподобных людей, перечисляли собственные невзгоды. (4) И некоторые из них ушли от моря в глубь материка, отделившись от войска в поисках друг друга. (5) Тут они увидели некоего человека, носившего эллинскую хламиду и вообще одетого как эллин, и говорил он на эллинском языке. Первые, увидевшие его, говорят, даже заплакали: настолько неожиданным показалось им после стольких бедствий увидеть эллина и услышать язык Эллады. (6) Они спросили его, откуда он пришел и кто он такой; он сказал им, что отделился от войска Александра, что лагерь и сам Александр находятся недалеко отсюда. (7) Крича от радости и вопия, они привели этого человека к Неарху. Он все рассказал Неарху: и что лагерь и царь находятся от моря на расстоянии пяти дней пути. (8) Он сказал, что покажет Неарху начальника этой страны, и показал; и вместе с ним Неарх решил, что пойдет к царю. (9) Затем они вернулись к кораблям; перед рассветом Неарх велел вытащить суда на сушу, чтобы произвести ремонт тех из них, которые пострадали во время плавания, а также и потому, что он решил оставить в этом месте большую часть войска. (10) Он провел около морской стоянки двойной вал, земляную насыпь и глубокий ров, начинавшийся от берега реки до того берега, где у него находились вытащенные корабли.

Глава 34

(1) В то время, как Неарх все это приводил в порядок, начальник этой области, узнав, что Александр очень обеспокоен судьбой этого флота, решил, что он может получить от Александра какую–нибудь большую награду, если первым ему возвестит о спасении флота, и что Неарх немного позднее явится на глаза к царю. (2) И вот, пройдя кратчайшей дорогой, он объявил Александру, что сам Неарх идет к нему от своих кораблей. Хотя Александр тогда и не поверил его словам, но, естественно, обрадовался этому известию. (3) Но шел день за днем, и Александр, принимая в расчет время извещения, стал думать, что он сообщил ему неправду; (4) посылаемые же одни за другими навстречу Неарху, или пройдя небольшую часть пути и никого не встретив, возвращались назад с пустыми руками, или же, пройдя дальше и не находя спутников Неарха, и сами не возвращались; (5) тогда Александр велел арестовать этого человека за то, что тот сообщил пустое и напрасной радостью сделал положение еще более тягостным. Сам же он и по внешнему виду, и по душевному состоянию казался охваченным сильной печалью. (6) В это время некоторые из посланных на розыски Неарха, ведя лошадей и повозки для их возвращения, встретились по дороге с самим Неархом и Архием и еще пятью или шестью, [шедшими] с ними. Со столькими он сам пошел. (7) Встретившись с ними, они не узнали ни его самого, ни Архия: в самом деле, они казались так сильно изменившимися: длинноволосые, покрытые грязью, совершенно просоленные, сгорбленные, бледные от бессонницы и других лишений. (8) На их вопрос, где находится Александр, указали им место и продолжили путь. (9) Но Архий, сообразив, сказал Неарху: «О Неарх, я думаю, что эти люди идут через пустыню по той же дороге, что и мы, не по какой–либо другой [причине], но как раз посланные, чтобы найти нас. (10) Тому, что они нас не узнали, я не удивляюсь: ведь мы выглядим так плохо, что стали неузнаваемыми. Скажем им, кто мы такие, и спросим их, зачем они едут этой дорогой». (11) Предложение Архия показалось Неарху правильным. И они спросили их, куда они едут; те ответили, что на поиски Неарха и морского флота. (12) Он же сказал: «Вот я, Неарх, а вот этот — Архий; ведите же нас: мы же доложим Александру о походе».

Глава 35

(1) Взяв их с собой на повозки, они поехали назад. И некоторые из них, желая раньше сообщить эту весть, прибежав, сообщили Александру, что «вот тебе Неарх и с ним Архий, другие пятеро едут к тебе»; относительно же всего флота они ничего не могли ответить. (2) Услыхав это, Александр решил, что они спаслись чудесным образом, а все остальное войско у него погибло; он не столько обрадовался спасению Неарха и Архия, сколько опечалился, что все это войско у него погибло. (3) И не было сказано все это, как явились Неарх и Архий. С трудом едва узнал их Александр; когда увидел, как они обросли волосами и как плохо они были одеты, его печаль о морском флоте еще усилилась. (4) Взяв Неарха за правую руку и отведя его одного от гетайров и щитоносцев, он долгое время плакал; (5) наконец, придя в себя, он сказал: «Хоть то, что ты вернулся к нам невредимым, и этот Архий, является утешением во всем этом несчастье; но каким образом погибли флот и войско?»; (6) он же, прервав его, сказал: «О царь! И корабли твои невредимы, и войско: мы пришли к тебе вестниками их спасения». (7) Тогда Александр заплакал еще сильнее, так как спасение войска представилось ему совершенно неожиданным, и спросил, где пристали корабли. Он же ему сказал: «Корабли, вытащенные на берег, в устье реки Анамиса чинятся». (8) Александр, поклявшись Зевсом эллинов и Аммоном ливийцев, сказал, что этому сообщению он радуется больше, чем известию, что он завоевал всю Азию. Ведь печаль о гибели флота и этого войска имела такое же значение, как и вся остальная удача.

Глава 36

(1) Начальник этой области, которого Александр велел арестовать за ложное извещение, увидев явившегося Неарха, пал к его коленям и сказал: (2) «Вот я, который сообщил Александру, что вы прибыли невредимыми: ты видишь, в каком я положении». Поэтому Неарх попросил Александра отпустить этого человека, и его отпустили. (3) В благодарность за спасение войска Александр принес жертвы Зевсу–спасителю, Гераклу, Аполлону–отвратителю бед, Посейдону и всем другим морским богам и устроил гимнастические и музыкальные состязания и торжественную процессию; и Неарх шел впереди этого шествия, осыпанный войском венками и цветами. (4) Когда всему этому наступил конец, Александр сказал Неарху: «О Неарх, я не хочу, чтобы ты дальше подвергался опасностям и терпел бедствия; другой поведет флот отсюда, пока не приведет его в Сузы». (5) Неарх, перебив, сказал: «О царь! Я во всем хочу повиноваться тебе, и мне это необходимо. Но если бы ты хотел оказать мне милость, не делай этого, а позволь мне вести флот до конца, пока я не приведу твои корабли невредимыми в Сузы; (6) не сделай так, чтобы все трудное и почти невыполнимое было тобой поручено мне, а легкое и готовая слава — это было бы отнято и отдано в руки другому». (7) Александр прервал его речь и выразил благодарность. Он отправил его назад, дав ему маленький сопроводительный отряд как идущему по дружеской стране. (8) Возвращение же к морю не прошло без труда, так как собравшиеся из окружных мест варвары заняли укрепленные места Кармании, так как их сатрап по приказу Александра был казнен, а власть недавно назначенного Тлеполема еще не была крепка. (9) По два и по три раза в день ему пришлось сходиться врукопашную с самыми разными варварами, нападавшими на него, и вот, нигде не отдыхая, они едва с трудом благополучно вышли к морю. Там Неарх принес жертвы Зевсу–спасителю и устроил гимнастические состязания.

Глава 37

(1) Когда все божеские обряды были им совершены, тогда и отплыли. Пройдя мимо пустынного и скалистого острова, они пристали к другому острову, тоже большому и обитаемому, пройдя стадий 300 от того места, где стояли на якоре. (2) Пустынный остров назывался Органа, а тот, к которому они пристали, — Оаракта[86]; на нем росли виноград, финики, и был он хлебоносным. Длина этого острова была 800 стадий. Начальник этого острова, Мазен, пошел с ними до Суз, добровольно возглавив плавание. (3) Говорили, что на этом острове показывают гробницу первого владыки этой страны; его имя было Эритр, и от него это море получило свое название и стало называться Эритрейским. Подняв якоря, они пошли дальше от этого острова; пройдя вдоль острова около 200 стадий, они вновь пристали к нему и увидели другой остров, отстоящий от этого крупного самое большее на 40 стадий. Говорили, что он посвящен Посейдону и недоступен[87]. (5) На рассвете они пошли дальше; их захватил такой сильный отлив, что три корабля принуждены были остаться на суше, другие же, с трудом пройдя подводные камни, перебрались на глубину. (6) Оставшиеся же суда с наступлением прилива вновь поплыли и на другой день пришли туда, где был весь остальной флот. (7) Пройдя 400 стадий, они пристали к другому острову, отстоявшему от материка стадий на 300. (8) На рассвете они двинулись оттуда, минуя оставшийся слева пустынный остров; название этого острова было Пилора. Они пристали к Додоне[88], маленькому городку, бедному всем, кроме воды и рыбы; жители этого места поневоле были ихтиофагами, потому что жили на бедной земле. (9) Запасшись тут только водою, они, пройдя 300 стадий, пристали к Тарсийскому мысу, вытянувшемуся далеко в море. (10) Оттуда они достигли Катайи, пустынного и плоского острова[89]; говорили, что он посвящен Гермесу и Афродите: прошли же они 300 стадий. (11) На этот остров из года в год местные жители посылают овец и коз, посвященных Гермесу и Афродите; их можно было видеть одичавшими за долгое время жизни на этом пустынном острове.

Глава 38

(1) До этого места простирается Кармания; а областями за ней владеют персы; длина плавания вдоль страны Кармании равна 3700 стадиям. Живут здесь так же, как персы, потому что они с персами граничат, и на войну снаряжаются одинаково. (2) Затем, отчалив от священного острова, они шли уже вдоль Персии и пристали к местечку Ила, где небольшой и пустынный остров образует гавань; название этого острова Каикандр; прошли они 400 стадий. (3) Перед рассветом стали на якорь, плывя к другому населенному острову[90], где, как говорит Неарх, так же как в море индов, ловят жемчуг. Пройдя мимо мыса этого острова около 40 стадий, там и пристали. (4) Затем они стали на якорь у высокой горы — название горы Ох[91] — в удобной гавани; ее населяли рыбаки. (5) Пройдя оттуда 450 стадий, они пристали к Апостанам; там стояло много судов, а деревня находилась на расстоянии 60 стадий от моря. (6) Отчалив оттуда ночью, они вошли в залив[92], окруженный многими деревнями; прошли они стадий 400. Они стали у подошвы горы; тут росло много финиковых пальм и все те ореховые деревья, которые произрастают и в Элладе. (7) Отчалив оттуда, они, пройдя вдоль берега около 600 стадий, прибыли в населенную страну Гоганы. Они остановились у бурной реки; название ее Ареон — в ее устье. Пристать там было трудно: вход в устье был узкий, потому что прилив вокруг него создал мели. (8) Затем они снова остановились в устье другой реки, пройдя около 800 стадий; название этой реки было Ситак[93]. И здесь причалить им было нелегко, да и все плавание вдоль Персии проходило по мелям, рифам и бродам. (9) Там они нашли большое количество хлеба, доставленного сюда по приказанию царя, чтобы они могли запастись продовольствием. Тут они оставались всего 21 день; и вытащив корабли на берег, они починили те, которые получили повреждения, а остальные привели в порядок.

Глава 39

(1) Двинувшись отсюда, они прибыли к городу Гиератису, в населенную местность. Они прошли 750 стадий; остановились же в канале, проведенном из реки в море, название его было Гератемис. (2) С восходом солнца они дошли до бурной реки, называющейся Падарг; все это место является полуостровом. Тут было много садов и росли разнообразные ореховые деревья: название этого места — Месамбрия. (3) Двинувшись из Месамбрии и пройдя приблизительно 200 стадий, они пристали в Таоке на реке Гранисе. От этого места на расстоянии 200 стадий от устья реки в глубь страны находился дворец персидского царя. (4) Во время этого плавания, говорит Неарх, они видели кита, выброшенного на берег; и некоторые из моряков, подплыв к нему, измерили его и сказали, что он был в 50 локтей; (5) кожа его чешуйчатая и в толщину доходила до локтя; к нему приросло много улиток, раковин и водорослей. Еще говорит, что вокруг кита можно было видеть много дельфинов и что эти дельфины гораздо крупнее тех, которые водятся во Внутреннем море[94]. (6) Двинувшись оттуда, они стали на якорь в удобной гавани на бурной реке Рогонис; длина этого плавания была 200 стадий. (7) Пройдя оттуда 400 стадий, они остановились на отдых у бурной реки, название ее было Бризана. Причалить там было трудно, потому что был сильный прибой и отмели, а из моря торчали утесы. (8) Но они пристали тогда, когда случился прилив, а когда вода спала, то корабли оказались на суше. Когда же в свое время вновь начался прилив, то, выйдя в море, они остановились у реки: (9) название же реки — Аросис[95]; как говорит Неарх, это самая большая река из тех, которые на пути этого плавания впадают во Внешнее море.

Глава 40

(1) Области до сих пор населяют персы; за ними — сузийцы. Выше сузийцев живет другое независимое племя, называемое уксиями, о которых я говорил в другом своем сочинении, что они разбойники. Длина всего плавания вдоль персидской земли равна 4400 стадиям. (2) Говорят, что Персидская земля делится на три части по климату. Те ее части, которые лежат у Эритрейского моря, покрыты песками и бесплодны из–за жары, (3) те же, которые над ними идут к северу, к ветру Борею, имеют прекрасный климат, страна богата травой и влажными лугами и приносит много винограда и все другие плоды, кроме оливок; (4) она покрыта разнообразными цветущими садами и прорезана чистыми реками и озерами, вокруг рек и озер живут птицы, есть хорошие места для лошадей, водятся и другие вьючные животные, во многих местах она покрыта лесом и богата зверьем. (5) Те же [области], что лежат еще дальше на север, холодны и покрыты снегом… так что некие послы с Понта Эвксинского, как говорит Неарх, пройдя очень короткий путь, встретили идущего через Персию Александра и удивили его краткостью пути. (6) То, что соседями сузийцев являются уксии, сказано мной; подобно тому как марды живут рядом с персами — и они тоже разбойники, коссеи же — с мидийцами. (7) Все эти племена покорил Александр, напав на них зимой, когда они считали свою страну непроходимой; (8) он им основал города, чтобы не были больше кочевниками, а стали бы земледельцами и пахали землю и имели бы то, за что опасаясь, они перестали бы причинять друг другу вред. Отсюда флот шел вдоль земли сузийцев. (9) Неарх говорит, что об этом плавании он не может рассказывать так же точно, но только об остановках и длине плавания; (10) в стране много болот, рифы уходят далеко в море; причаливание здесь сопряжено с большой опасностью; возвращаться им пришлось по большей части открытым морем. (11) Они отплыли от устья той реки, где отдыхали на самой границе Персии, они загрузили воды на пять дней: проводники, сопровождавшие их в плавании, говорили, что дальше воды нет.

Глава 41

(1) Пройдя стадий 500, они пристали к устью богатого рыбой залива, название которого Катадербис; у устья был маленький островок; название этого островка Маргастана. (2) Отплыв оттуда перед рассветом, они шли по мелям, корабль за кораблем; вбитыми там и сям столбами обозначались отмели, все равно как в перешейке между островом Левкадой и Акарнанией, для моряков поставлены знаки, чтобы не посадить корабли на мель. (3) Но у Левкады они песчаные, и севшим на мель можно быстро с нее сняться; здесь же, с той и с другой стороны фарватера, глубокая и илистая грязь, так что застрявшим нет никакого средства спастись. (4) Шесты, уходя в грязь, сами не приносят никакой пользы, человеку же нет никакой возможности сойти, чтобы столкнуть корабли в фарватер, так как уходит в грязь по самую грудь. (5) Проплыв так с большим трудом около 600 стадий, они стали на якорь, каждый корабль со своей командой, затем вспомнили и об обеде. (6) Ночь и весь следующий день до вечера плыли уже по глубокому месту; они прошли 900 стадий и стали на якорь в устье Евфрата у какой–то деревни Вавилонской страны; ее название — Диридотис, (7) сюда купцы привозят ладан из Геррайской земли и все другие благовония, которые приносит Аравийская земля. (8) Как говорит Неарх, путь от устья Евфрата до Вавилона равен 3300 стадиям.

Глава 42

(1)Там к ним пришло известие о том, что Александр отправился в Сузы. Оттуда они и сами поплыли назад, с тем чтобы, поднявшись вверх по реке Паси–тигру, соединиться с Александром. (2) И вот они поплыли назад, имея по левую руку Сузийскую землю, они проплыли мимо озера, в которое вливается Тигр, (3) который, вытекая из Армении возле города Нина[96], некогда большого и богатого, образует область, лежащую между ним и Евфратом, которую поэтому и называют Месопотамией[97]. (4) От этого озера плавание вверх по самой реке равняется 600 стадиям, где находится сузийская деревня, которую называют Агинис[98]; она отстоит от Суз на 500 стадий. Длина плавания вдоль Сузийской земли до устья реки Паситигра равняется 2000 стадий. (5) Затем они плыли вверх по Паситигру по населенной и богатой стране. Проплыв около 150 стадий, остановились там, ожидая тех, кого Неарх послал разузнать, где находится царь. (6) Сам же он принес жертвы богам–спасителям и устроил состязания, и весь флот был охвачен радостью. (7) Когда пришло известие, что Александр приближается, они вновь пошли вверх по реке и остановились около моста, по которому Александр собирался перевести свое войско в Сузы. (8) Затем войско объединилось, и Александр принес жертвы за спасение кораблей и людей и устроил состязания; и где только ни появлялся Неарх среди войска, его засыпали цветами и венками. (9) Затем Неарх и Леоннат были увенчаны Александром золотыми венками: Неарх — за спасение флота, Леоннат же за победу, одержанную над орейтами и живущими рядом с орейтами варварами. (10) Так невредимо вернулся к Александру флот, вышедший из устья Инда.

Глава 43

(1) Места, лежащие на правой стороне Эритрейского моря, за Вавилонией[99], принадлежат в основном Аравии; часть ее доходит до моря возле Финикии и Сирийской Палестины; на западе же [вплоть того места, где] на Внутреннем море египтяне граничат с Аравией. (2) Залив, идущий вдоль Египта от Великого моря, показывает ясно, что, так как он сливается с внешним морем, можно переплыть из Вавилонии в этот залив, находящийся у Египта. (3) Но никто из людей не мог проплыть по этим местам вследствие жары и пустынности, кроме тех, кто возвращался открытым морем[100]. (4) Ибо те из войска Камбиза, что благополучно добрались из Египта до Суз, и те, что были посланы Птолемеем Лагом к Селевку Никатору в Вавилон, (5) пройдя через некий перешеек Аравийской страны за восемь дней, проведенных совершенно без воды, прошли поспешно на верблюдах пустынную страну, воду же неся для себя на верблюдах и путь совершая по ночам: выдержать день под открытым небом из–за жары они были не в состоянии. (6) Ведь области по ту сторону этой страны, которые мы назвали перешейком, на такое большое расстояние нисходящие из Аравийского залива в Эритрейское море, конечно, обитаемы, тогда как области, дальше этих идущие на север, необитаемы и покрыты песком. (7) Люди, отправлявшиеся из Аравийского залива, прилегающего к Египту, пройдя большую часть вокруг Аравии, чтобы выйти в море к Сузам и Персии, плыли вдоль Аравии, насколько у них хватило воды, взятой на корабли, затем поворачивали назад. (8) А те, кого Александр послал из Вавилонии, чтобы они проплыли как можно дальше и, держась правой стороны Эритрейского моря, исследовали бы страны вдоль него, видели какие–то острова, лежавшие по ходу плавания, и кое–где даже приставали к материку Аравии; (9) того же мыса, который, по словам Неарха, виднелся уходящим [в море] как раз напротив Кармании, никто не мог объехать вокруг на другую сторону. (10) Я думаю, что если бы эти места были судоходными и вообще проходимыми, то предприимчивость Александра доказала бы, что они судоход–ны и проходимы. (11) И ливиец Ганнон, выйдя из Карфагена, направился за Геракловы столбы, выйдя в открытое море, имея слева ливийскую землю, и плыл к восходящему солнцу всего 35 дней; (12) когда же он повернул на юг, то столкнулся со многими трудностями: недостатком воды, палящей жарой и потоками огня, впадающими в море. (13) А вот ливийская Кирена, основанная в самых пустынных местах, богата травой, имеет мягкий климат, хорошую воду, рощи и луга, и разные плоды, и домашний скот до тех мест, где растет сильфий: дальше за сильфием она необитаема и покрыта песком. (14) Так да будет закончен тот рассказ, который также посвящен Александру, сыну Филиппа, македонцу.


[1] Имеется в виду нынешняя река Кабул, древнеиндийская Кубха.

[2] Область Аштака, располагавшаяся в Свате, упоминалась древнеиндийским грамматиком Патанджали (V.2.104). Плиний Старший упоминал народ Aspagani.

[3] Это племя соответствует народу ашмака, упоминавшемуся в санскритских источниках. Это название восходит, вероятно, к корню a$va — «лошадь». Неоднократно упоминается и в других античных источниках.

[4] Упоминается античными авторами как Масага, Масога, Мазага (Strabo. XV. 1.17; Curt. VIII. 10.22). Возможно, находится в районе современного города Машанагар.

[5] Соответствует Пушкалавати индийской традиции, современному г. Чарсада около Пешавара.

[6] Имеется в виду горный кряж на юге Малой Азии, протянувшийся от ликийского побережья до Киликийских ворот. Являлся северной границей Сирии. Участники похода Александра распространили название Тавр и на его продолжения, «протянув» его через всю Азию.

[7] Соответствует одному из хребтов Гиндукуша.

[8] Имеются в виду Восточные Гималаи.

[9] Имеются в виду Западные Гималаи.

[10] Имеется в виду Индийский океан.

[11] Так в античных источниках называлась река Дунай.

[12] Имеется в виду река Беас, Випаша древнеиндийской традиции.

[13] Имеется в виду Паталипутра — столица Магадхи, крупнейший город Восточной Индии (ныне город Патна).

[14] Выдающийся географ, работавший в III в. до н.э. в Александрии, один из столпов эллинистической географии.

[15] Римский стадий равен 176,6 м.

[16] Мера длины, равная 5,5 или 10,5 км. Вероятно, речь в данном случае идет не о мере длины, а о том, что дорога была измерена мерным шнуром.

[17] Придворный врач персидского царя Артаксеркса, составивший в начале IV в. до н.э. описание Персии и Индии, которое сохранилось лишь в цитатах.

[18] Имеется в виду современная река Джелум, в древнеиндийской традиции известная под именем Витаста. В «Географии» Клавдия Птолемея упоминается под именем Дидасп.

[19] Имеется в виду Иравати древнеиндийской традиции, современная река Рави.

[20] Вероятно, имеется в виду современная река Кен, приток Ямуны.

[21] Притоки Ганга, упомянутые античными авторами, не поддаются уверенному отождествлению. Возможно, Эраннобоас соответствует современной реке Сон, Хираньяваха индийской традиции, хотя она упоминается чуть далее под собственным именем.

[22] Возможно, соответствует древней Каушике — современной реке Коси.

[23] Возможно, имеется в виду та же река, что скрывается под названием Эраннобоас.

[24] Это имя встречается только в «Индике» Арриана. Точному отождествлению не поддается. Среди вариантов упоминаются: Читраваха, Читрасена, Читропала, Читраратха.

[25] Возможно, имеется в виду Сарасвати, мифическая река, сливавшаяся около современного Аллахабада с Гангом и Ямуной.

[26] Вероятно, соответствует современной реке Гендак, Гандаки санскритских источников.

[27] Эта река не поддается идентификации. Клавдий Птолемей упоминает реку Сарабос, чье название соответствует папийскому Сарабху.

[28] Возможно, соответствует реке Маханади, упоминавшейся в древнеиндийских источниках. Ныне — река Махан.

[29] Возможно, соответствует современной реке Гхагра, в древности — Сарайу. Впрочем, это лишь предположение.

[30] Возможно, соответствует реке Вимала.

[31] Возможно, соответствует реке Карманаша, упоминавшейся в древнеиндийских источниках. Ныне — река Касия. По другим сведениям, имеется в виду современная река Карамна–са, чье устье лежит около города Буксар.

[32] Возможно, соответствует реке Кукустха, упоминавшейся в древнеиндийских источниках. Ныне — река Касия.

[33] Возможно, соответствует современной реке Тонса; впрочем, это отождествление остается спорным.

[34] Это название соответствует названию одной из ведийских школ мадхъяндинов.

[35] Идентифицировать эту реку не удается.

[36] Соответствует древнему городу Катадвипа, современному Катва в районе Бардхавана в Бенгалии.

[37] Имеется в виду Икшумати; ныне — река Калинади.

[38] Имеется в виду древнеиндийское племя панчалов.

[39] Это название можно сопоставить с современным Варанаси.

[40] Вероятно, имеются в виду матсьи (маччха в палийских текстах). По другой версии, имеются в виду жители Магадхи, при передаче названия которых выпал слог–ga.

[41] Имеется в виду река в Малой Азии.

[42] Это племя упоминается только в «Индике» Арриана, и его идентификация остается ненадежной.

[43] Эта река не отождествлена.

[44] Имеется в виду племя, населявшее в древности Пенджаб, известное из санскритских источников как kekaya или kaikeya.

[45] Идентификация остается ненадежной. Предлагалось отождествить их с упоминавшимися выше ассакенами, но те живут на запад от Инда. Согласно другой точке зрения, если их название изменить на «аспакены», то можно предположить, что оно означает «населяющие берега реки Апага».

[46] Имеется в виду древнее племя капиштхала, чье название совпадает с названием ведийской школы.

[47] Имеется в виду современная река Ченаб, в древности известная как Акесин.

[48] Имеется в виду древнее племя кшудраков.

[49] Надежной идентификации не предложено.

[50] Этот народ упомянут только в этом сочинении; идентификации не поддается.

[51] Имеется в виду древнее племя малавов.

[52] Возможно, имеется в виду современная река Тави (Тохи) или нижнее течение Сатледжа.

[53] Надежной идентификации не предложено.

[54] Имеется в виду современная река Сват, в древности известная как Сувасту.

[55] Древнее название этой река явно связано с племенем гуреев. Ныне — река Панджкор.

[56] Надежной идентификации не предложено: Возможно, имеется в виду та же река, что упомянута в «Ригведе» под именем Парунхи (современная Буринду?).

[57] Надежной идентификации не предложено. Возможно, имеется в виду современная река Аббасин. Плиний Старший упоминает реку Саддарос (VI.94).

[58] Свое название эта река сохранила до наших дней. Иногда пишется «Суван».

[59] Это племя упоминается в эпосе и пуранах. Античные авторы повествовали о встрече царя Абисара, или Эмбисара, с Александром (Diod. XVII.87.3, 90.4; Strabo. XV. 1.28; Curt. VIII. 13.1; Arr. Anab. V.20.5).

[60] Имеется в виду приток Дуная, длиной 700 км. Впадает в Дунай недалеко от современного Белграда (античный Сингидунум).

[61] Имеется в виду область кельто–иллирийских племен, занимавшая территорию, приблизительно соответствующую современной Австрии.

[62] Плиний Старший говорил (NH. IV. 11), что в Дунай впадает 60 притоков и половина из них судоходна.

[63] Имеется в виду Чандрагупта Маурья (ок. 322–300 гг. до н.э.), основатель династии Маурьев, чье восшествие на престол античная традиция связывает с именем Александра.

[64] Царь северо–западных областей Индии (современный Пенджаб), знаменитый противник Александра; его имя произошло от имени династии Пауравов — потомков Пуру. Область его владений простиралась от Акесина (Ченаб) до Гидаспа (Джелум).

[65] В этом имени отразилась традиция о нескольких египетских царях 12–й династии (1991–1785 гг. до н.э.). Наиболее известный, Сесострис III (1877–1839 гг. до н.э.), положил начало завоеванию Нубии. Согласно другой точке зрения, этот образ сложился на основе преданий о Сенусерте II и Тутмосе III.

[66] Имеется в виду ассирийская царица Шамурамат (Семирамида; 811–806 гг. до н.э.).

[67] Имеется в виду древнеиндийское племя шиби.

[68] Летние дожди приносит в Индию юго–западный муссон, дующий с июня по сентябрь.

[69] Название происходит от санскритского tala — «пальмовый лист».

[70] Имеется в виду древнеиндийское племя шурасенов.

[71] Имеется в виду город Матхура, крупный центр почитания Кришны.

[72] Имеется в виду город карушей («Карушапура»).

[73] Имеется в виду река Ямуна (Джамна).

[74] Интересная параллель этому сообщению содержится в средневековом (предположительно 20–е годы XIII в.) сочинении «'Аджа'иб ад–дунийа» («Чудеса мира»), приписываемом Абу–л–Му'аййаду Балхи — известному ученому, поэту и прозаику саманидского времени: «Есть жемчужина, именуют ее королевой жемчужин. Ее на цепях опускают в море в том месте, где находится месторождение жемчуга. Жемчужина притягивает к себе другие жемчужины так же, как магнит притягивает железо. Когда жемчужину вытаскивают из воды, она вся бывает обвешана жемчугом» ('Аджа'иб ад–дунийа (Чудеса мира). Критический текст, перевод с персидского, введение, комментарий и указатели Л.П.Смирновой. М., 1993. С. 148 (Памятники письменности Востока. LXXXIII).

[75] Название прасиев происходит от санскритского «прачья» — «живущие на Востоке».

[76] Мера длины, составляет около 31м.

[77] Оргия — ширина размаха рук, равная 1,85 м.

[78] Можно предположить, что это название происходит от санскритского kSryasthiti — «торговое место». Хотя это отождествление весьма сомнительно и точную идентификацию предложить довольно трудно.

[79] Имеется в виду современная река Хаб.

[80] Имеется в виду современная река Хингор.

[81] Имеется в виду современный мыс Малан.

[82] Под названием «Гедрозия» в античной географии была известна современная область Белуджистан.

[83] Название восточноиранского происхождения. Предлагались различные трактовки этого названия: «богатый деревьями», «несущий бревна», «место бревен». Точная этимология не установлена.

[84] Лакуна в греческом тексте, делающая непонятным окончание фразы.

[85] Имеется в виду гора Харим высотой 3000 метров, расположенная на юго–восточной оконечности Аравии в 100 километрах от персидского побережья, откуда ее хорошо видно.

[86] Имеется в виду современный остров Кишм.

[87] Имеется в виду современный остров Хангам.

[88] Возможно, соответствует современному Дувану.

[89] Имеется в виду современный остров Кьес.

[90] Имеется в виду современный остров Шейх Шо'ейеб.

[91] Имеется в виду современная гора Шах–ин–Кох. Название происходит от иранского ♦Vahuka.

[92] Имеется в виду современный залив Тагири.

[93] Имеется в виду современная река Манд.

[94] Имеется в виду Средиземное море.

[95] Имеется в виду современная река Таб.

[96] Вероятно, имеется в виду Ниневия.

[97] Месопотамия означает «Междуречье».

[98] Этот топоним не поддается точной локализации.

[99] Имеется в виду восточное побережье Аравийского полуострова.

[100] Это сообщение относится не ко времени действия рассказа Арриана, а к его собственной эпохе, когда плавание через Индийский океан с муссонными ветрами стало привычным делом.