1. Дион, сын Гиппарина, Сиракузанец,происходил из хорошего рода, вмешан в ту и другую тиранию Дионисиев. Старший Дионисий имел в супружестве Аристомаху, сестру Диона, и от неё двух сыновей Гиппарина и Низея и столько же дочерей, по имени Софрозипу и Арете, из коих первую выдал в замужество за сына Дионисия, того самого, которому оставил царство, а другую Арету — за Диона. Он, кроме знатного родства и именитой славы предков, имел от природы еще много хорошего, между прочим ум гибкий, ласковый, способный к лучшим искусствам, много достоинства в наружности, что и не мало располагало в его пользу; кроме того отец оставил ему большие богатства, которые он умножил подарками тирана. Он был приближенным Дионисия Старшего, и не столько по родству, сколько по сходству нравов. Хотя жестокость Дионисия ему не нравилась, однако он старался о его безопасности по родству, а еще более для своих. Он ему был полезен в важных делах, и его советом много руководился тиран, если только в каком деле не препятствовала ему жадность, бравшая над всем верх. Посольства же все, сколько-нибудь значительные, исполнялись Дионом. Старательно их исполняя и в управлении действуя верно — ненавистное имя тирана он прикрывал своею человечностью. Его, когда он был прислан Дионисием, Карфагеняне имели в подозрении, но никому никогда столько не удивлялись из говоривших Греческим языком.
2. Все это не безызвестно было Дионисию; он понимал, каким Дион для него служит украшением, вследствие чего он ему одному больше всех снисходил, и любил его не иначе как сына. Даже когда в Сицилию принесен слух, что Платон прибыл в Тарент, он не мог отказать молодому человеку (Диону), чтобы его не пригласить, так как Дион воспламенен быль страстным желанием послушать Платона. А потому он (Дионисий) простил Платона, и с великим за ним ухаживанием и привел его в Сиракузы. Ему Дион до того удивлялся и любил его, что ему себя всего отдал. Да и Платон не менее был в восхищении от Диона. А потому когда Дионисий употребил против Платона жестокое насилие: — он отдал приказание продать его в рабство — то оставил это, уступая просьбам Диона. Между тем Дионисий впал в болезнь. Сильно от неё изнемогая, он спросил у медиков, что делает Дион и вместе просил, если он находится в очень опасном положении, сказать ему правду, так как он хочет с ним переговорить о разделе царства, убежденный, что и сыновья сестры его, от Диона рожденные, должны получить в нем участие. Врачи не смолчали, и этот разговор перенесли к сыну Дионисию. Встревоженный этим, дабы не дать возможности Диону действовать, вынудил врачей дать отцу усыпляющий напиток. Больной, приняв его, впал в сон и окончил жизнь.
3. Таково было начало вражды между Дионом и Дионисием, и она увеличилась от многих причин. Впрочем, в первое время оставалась несколько дней притворная между ними дружба. Когда Дион не переставал умолять Дионисия — вызвать Платона из Афин и воспользоваться его советами — Дионисий, желая хоть в чем-нибудь подражать отцу, послушался его. В то же время возвратил он в Сиракузы историка Филиста, человека, который был другом тирана не более как и его власти. Но об этом подробнее изложено в той моей книге, которая написана о Греческих историках. Впрочем Платон своим красноречием имел такое сильное влияние на Дионисия, что он убедил его положить конец тиранству и возвратить свободу Сиракузанцам, От этого намерения отклоненный советом Филиста, он сделался еще несколько жесточе.
4. Он (Дионисий), видя, что Дион превосходит его умом, влиянием, любовью народа, опасался, как бы имея его при себе, не доставить ему случая, погубить себя, дал ему судно — трирему — ехать в Коринф, показывая, ему, что он это делает и для себя и для него, как бы, опасаясь друг друга, они не старались бы один под другого подыскиваться. Когда многие стали негодовать на такой поступок, и обнаружилась великая ненависть к тирану, Дионисий — все Дионово, что только могло двигаться, положил на суда и послал к нему. Он хотел заставить подумать, что он поступил так не из ненависти к человеку, но для собственной безопасности. После же того, когда он услыхал, что в Пелопоннесе Дион собирает войско и хочет начать с ним войну — Арету, жену Диона, отдал за другого за муж, а сына (Дионова) приказал так воспитывать, чтобы баловством приучить его к самым гнусным страстям. К отроку, прежде чем он возмужал, приводили распутных женщин, вином и пиршествами его утомляли, нисколько не оставляя времени быть трезвым. Он до того не мог перепесть перемену жизни, что по возвращении отца (приставлены были сторожа, которые удерживали бы его от прежнего образа жизни) он бросился с верхней части дома, и таким образом погиб; но возвратимся к Диону.
5. Дион, по прибытии в Коринф, когда убежал туда же Гераклид, изгнанный тем же Дионисием — он был начальником конницы — всеми силами стал готовиться к войне; но не много успевал, потому, что тирана, столько лет властвовавшего, считали очень сильным, а по этой причине немногих можно было убедить — разделить опасность; Дион, полагаясь не столько на свои войска, сколько на ненависть к тирану, с величайшею смелостью выступил с двумя транспортными судами — бороться с властью уже пятидесятилетнею, защищенною пятью стами длинных судов, десятью тысячами человек конницы и ста тысячами чел. пехоты. И к удивлению всех народов до того легко ее сокрушил, что на третий день после того, как коснулся Сицилии, вошел в Сиракузы; из чего можно понять, что нет ни одной власти безопасной, кроме основанной на расположении. В это время Дионисий находился в отсутствии и в Италии ждал флот противников, в убеждении, что никто не придет к нему иначе как с большими войсками; но в этом случае он ошибся. Потому что Дион теми самими, которые были под властью противника, усмирил гордость царскую и овладел всею тою частью Сицилии, которая была под властью Дионисия и равным образом городом Сиракузами, кроме крепости и острова, примыкавшего к городу, и до того довел дело, что тиран согласился заключить мир на следующих условиях: Сицилиею должен был владеть Дион, Италией — Дионисий, а Сиракузами — Аполлократ, которому одному наиболее доверял Дионисий.
6. За такими счастливыми и неожиданными событиями последовала внезапная перемена, и счастие, со свойственною ему переменчивостью, пыталось погубить того, которого не за долго перед тем возвысило. Первое — показало оно свою силу на сыне, о котором упомянул я прежде. Когда Дион привел обратно жену, отданную было другому, и сына хотел вернуть к добродетели от гибельного сластолюбия, родитель получил величайший удар смертью сына. Потом началось несогласие между ним и Гераклидом, который, так как ему Дион не уступал старейшинства, приготовил партию; а он (Гераклид) не менее имел силы у аристократов, начальствуя с их согласия флотом, между тем как Дион заведывал сухопутным войском. Не снес этого равнодушно Дион и привел стих Гомера из второй рапсодии (песни), которого смысл тот, что «общественное дело хорошо идти не может под властью многих». Этим Дион навлек себе большое неудовольствие; полагали, что он обнаруживает желание — забрать всю власть в свои руки. Он же старался — не смягчить это мнение снисхождением, но подавить жестокостью и позаботился умертвить Гераклида, когда он прибыль в Сиракузы.
7. Это событие навело на всех величайший страх; никто не считал себя в безопасности но убиении Гераклида. А Дион, избавившись от соперника, свободнее стал — имущества тех, о которых нерасположении к себе знал, раздавать воинам. Разделив их, так как ежедневно были огромные расходы, скоро стал ощущать недостаток в деньгах и источника откуда брать не было, кроме имущества приятелей. Таким образом Дион, задобрив воинов, вооружил против себя аристократов. Заботою об этих делах сокрушался и не привыкнув к дурной славе, неравнодушно слышал, что о нем другие не хорошо думают, те же самые, которые еще недавно превозносили его до небес. А народ, раздраженный против Диона своеволием воинов, говорил о нем свободно и называл несносным тираном.
8. Видя это, Дион не знал, как успокоить умы, и опасался, чем это окончится. Некто Калликрат, гражданин Афинский, прибывший вместе с ним из Пелопоннеса в Сицилию, человек хитрый и ловкий на обман, безо всякой религии и совести, пришел к Диону, и сказал: что он находится в великой опасности, вследствие нерасположения народа и ненависти воинов, чего он избежать не может иначе, как поручив кому-либо из своих приближенных притвориться ему врагом; если он найдет способного человека, то легко узнает расположение умов всех и уничтожит противников, так как они откроют свой образ мыслей мнимому его врагу. Такой план одобрен, исполнение его взял на себя сам Калликрат, и собственная неосторожность Диона дала против него оружие. На убиение его отыскал Калликрат товарищей, свиделся с его противниками, и придал силу заговору. Дело, которое должно было осуществиться с ведома многих, обнаружилось доносом Аристомахе, сестре Диона и супруге его Арете. В ужасе они явились к тому, за безопасность которого опасались; но он никак не соглашается с тем, будто бы Калликрат имеет против него злой умысел, говоря, что все что делается, совершается по его же наставлению. Женщины тем не менее отводят Калликрата в храм Прозерпины и заставляют дать клятву, что Диону от него (Калликрата) не грозит никакой опасности; но Калликрат не только не удержался вследствие этого религиозного обряда, но счел нужным поспешить — опасаясь, как бы замысел его не открылся, прежде чем он приведет в дело свои попытки.
9. В таких мыслях Калликрат в ближайший праздничный день, когда, удалясь из совета, Дион находился дома и лег отдохнуть в возвышенной спальне, передал участникам своего преступного замысла укрепленные пункты города, дом окружил стражей, у дверей поставил верных людей, которые не должны были отходить. Трирему наполнил вооруженными воинами, передав брату своему Филострату, приказал с нею лавировать по пристани, будто бы для упражнения гребцов, а на самом деле с мыслью, если как-нибудь судьба воспротивится осуществлению его намерений — то чтобы иметь — куда уйти для безопасности. Из числа своих приближенных выбрал он несколько молодых людей из Закинфа, самых смелых и сильных, и поручил им — идти к Диону безоружным, как будто бы они пришли просто с ним повидаться; так как их знали, то и встретили; они, как переступили через порог, заперли двери, бросились на лежавшего на постели и связали. Произошел шум такой, что можно было слышать на дворе. Тут каждому легко было понять — что и прежде не раз мы говорили — как ненавистна власть одного и как жалка жизнь человека, который желает, чтобы его больше боялись, чем любили. Самые стражи Диона, будь они к нему расположены как следует, выломав двери, могли бы спасти его, так как безоружные заговорщики, держа Диона, просили подать им оружие извне. Никто не оказывал помощи Диону, а некто Сиракузанец Лико подал в окно меч, которым Дион и убит.
10. По совершении убийства, когда множество граждан вошло, чтобы посмотреть, несколько человек невинных убито вместо виновных. Быстро разнесся слух о насильственном нападении на Диона и сбежалось много людей, которым не нравилось это злодеяние. Они, увлекаемые ложным подозрением — незаслуживших убивают вместо преступных. Когда смерть Диона обнаружилась, то удивительно переменилось расположение умов народа. Те же, которые называли его при жизни тираном —превозносили его теперь как освободителя отечества, изгнавшего тирана. И вдруг место ненависти заступило такое сожаление, что если бы только могли, кровью своею желали бы искупить его из Ахерунта. А потому ему сделан великолепный вынос, и намять его почтена воздвигнутою на общественный счет в городе гробницею. Кончился Дион на пятидесятом году от роду, спустя четвертый год после возвращения из Пелопоннеса в Сицилию.

Примечания

Дион сын Гиппарина. Так же называют его Диодор, Плутарх, Суидас и Елиан. Плутарх говорит, что Гиппарин, отец Диона, был у Сиракузцев одним из первых лиц и сначала, когда Дионисий выбран был еще только военачальником, он был ему придан товарищем.
Старший Дионисий имел двух сыновей, Гиппарина и Низея. Гиппарин в 6 году 106 Олимпиады, изгнав из Сиракуз Каллипа, занял отеческий престол и удерживал его в продолжение двух лет. Низей также некоторое время владел Сиракузами после убиения Диона и до возвращения Дионисия Младшего.
Две дочери — Софрозина и Арете. Эти имена значат в переводе с Греческого: первое умеренность, а второе — добродетель. Плутарх ставит в упрек Дионисию, что он не постыдился дать такие имена дочерям, между тем как он умертвил более девяноста тысяч граждан, брата из зависти выдал врагам, мать старуху, которой жить оставалось несколько дней, задушил и сам охарактеризовал свое правление так: тирания (произвол) есть мать всех безобразий и несправедливостей.
Сыну Дионисию; он был сын другой жены Дионисия Старшего и был своей жене братом но отцу, но не по матери. А Диону его жена была племянницею, дочерью сестры. Плутарх рассказывает, что Арета вышла сначала за Теарида, Дионисиева брата, а уже, по смерти его, за Диона. От этой жены имел Дион сына Гиппарина, названного так в честь деда по отцу, имевшего жалкую участь, как читаем у Непота ниже гл. 4 и 6.
Глава 2. Платон пришел в Тарент.
Об этом философе смотри мое подробное исследование о философской деятельности Платона и Сократа, Москва. 1801.
Апулей в книге о догмате Платона, уверяет, что Платона привлекло в Сицилию любопытство исследовать вблизи природу горы Этны и её извержений (Везувий в то время был невиннейшею горою в мире). Плутарх же приписывает безотчетному внутреннему влечению и счастью Сиракузцев.
Ст, большим торжеством принят Платон, но не при Старшем Дионисие, а при Младшем, когда тот, после смерти отца, по убеждению Диона, пригласил Платона в Сиракузы, как находим у самого Платона в письмах 3 и 7.
Дион себя всего отдал Платону. Писатели обыкновенно называют Диона другом Платона.
Дионисий употребил против Платона жестокое насилие. Поводом к этому послужило (как рассказывает Диоген Лаерт в жизнеописании Платона) следующее объяснение между философом и тираном: Платон говорил, что Дионисию следует думать не только о полезном для него и его семейства, но и о добродетели и общем благе. Дионисий обиделся и сказал: «слова твои — безумного или праздношатающегося старика», на что и получил в ответ: «а твои отзываются тираном».— Раздраженный Дионисий хотел было сначала предать смерти смелого философа, но уступая просьбам и представлениям Аристомена и Диона, передал его Лакедемопцу Полиду для продажи.
Глава 3. Историк Филист.
Он без ведома Дионисия Старшего женился на Лептине, жене его брата, за что и был изгнан. Время ссылки проводил он около Адрии. Дионисий Младший, воцарившись после отца, простил Филиста и пригласил его преимущественно под влиянием партии враждебной Диону, как противодействие Платону. Филист, при уме и знаниях, был льстецом и старался согласить тиранию с требованиями честности и справедливости. Он отговорил Дионисия Младшего от намерения возвратить свободу Сиракузцам, представляя ему, что этим он даст ход честолюбию Диона. Тут кстати перехвачено было (действительное ли, подложное ли — неизвестно) письмо Диона к сановникам Карфагенским.
Сделался жесточе.
Опасно Философам иметь дело с тиранами! И Дионисий Младший, по примеру отца, хотел казнить Платона, но от этого его удержал Архитас.
Глава 4. Показывая ему, что он это делает для себя и для него.
Об этом умалчивают другие историки. Платон, в письме 7-м говорит, что Дион был заподозрен в желании присвоить себе верховную власть. Плутарх утверждает, что Диона обвинили в зловредных сношениях с Карфагенянами, владевшими в то время значительною частью Сицилии и жаждавшими приобрести и остальную. Диодор (15) говорит, что Дион, заметив, что Дионисий ищет его гибели, сначала спрятался у друзей, потом с Мегаклом и Гераклидом бежал в Пелопоннес. По словам Плутарха, Дионисий дал приближенным Диона два судна с тем, чтобы они отвезли к нему все его движимое имущество.
Арету, жену Диона, Дионисий Младший против её воли отдал за Тимократа, своего приближенного.
Сына Дионова —Гиппарина старшего; у Диона был еще сын Аретей, а третьего — другая жена его Аристомаха, родила уже по смерти мужа, заключенная в темнице.
Глава 3-я. Гераклид. Плутарх в жизнеописании Диона называет Гераклида человеком буйным, беспокойным, переменчивым, но отлично знавшим военное дело.
Соединенные ненавистью к Дионисию, Гераклид и Дион не замедлили перессориться по достижении власти: надобно полагать, что и тому и другому хотелось быть первым. К тому же в средствах для того они не сходились. Дион был в душе аристократ и опираться хотел он на людей лучших, дав общественному строю полу-Критское, полу Лаконское устройство. А Гераклид был демократ, льстил черни, маня ее равенством всех, разделом земель и другими льготами. При таком различии убеждений вражда у Диона с Гераклидом была неизбежна.
Немногих можно было убедить разделить опасность.
По словам Плутарха из тысячи изгнанников, лишившихся отечества через Дионисия, только 25 записались; по словам Диодора — 30 чел. Впрочем, у Диона были наемные воины, по словам Диодора 1000, по словам Плутарха 800. Много было и волонтеров из существовавшей и в то время партии либералов и философов. Как только Дион пристал к берегами, Сицилии, к нему тотчас же присоединились Агригентипы, Гелоны и другие Сицилийцы, так что у него сейчас же составилось войско по Плутарху из пяти, а по Диодору из 20 тысяч чел. А потом подоспели многие из Итальянских Греков, да и жителей Сиракузанской области, так что при взятии Сиракуз Дион имел уже войско из 50 т. чел.
С двумя транспортными судами.
Такое же количество показывают и Диодор и Плутарх; но последний прибавляет, что их сопровождало еще небольшое судно и две τριαϰοντόρονς (судно о тридцати парах весел). Диодор также говорит, что позади Диона по его приказанию должен был следовать к Сиракузам, Харикл с несколькими триремами и другими транспортными судами.
Не пятьдесят лет беспрерывно существовала тирания Дионисиев, а 48 по Плутарху. Диодор считает также 50, как и Непот.
В это время Дионисий находился в отсутствии. Он был в Италии в Кавлоние, обережение же крепости вверил Тимократу, мужу сестры, а возвратился в Сиракузы в седьмой день после того, как Дион вошел в город (см. Диодора и Плутарха), ждал флот — им начальствовал Филист; он погиб, одни говорят, сам лишил себя жизни, когда судно его досталось в руки неприятелю; другие, что он попал в руки неприятелей и ими убит.
Аполлократ — старший сын Дионисия, которому он, отправляясь бегством в Италию, отдал крепость защищать ее, но она скоро после сдалась Диону.
Глава 6. Общественное дело хорошо идти не может под властью многих.
Стих Гомера в Илиаде второй, песне 205-й, в буквальном переводе значит: «не хорошо господство многих; да будет один повелитель».
Ежедневно были огромные расходы.
На воинов и друзей, которых он дарил щедрее, чем позволяли его средства. А сам он жил скромно и просто, соблюдая большую умеренность во всем, следуя в этом наставлениям Платона. О том, будто бы Дион до того забыл уроки великого философа, что коснулся даже достояния друзей, умалчивают и Плутарх, и Диодор. — Вооружив против себя аристократию, которою держался, Дион, ненавистный черни, не мог просуществовать долго, что и случилось.
Глава 8-я. Калликрат — по словам Плутарха, Диодора, Атенея и др., эта личность носила не это имя, а Каллиппа. — Беспечность Диона при угрожавшей ему опасности, слухи о которой до него доходили, Плутарх объясняет иначе: великий дух Диона страдал, видя неудачу его попыток к добру, общее неудовольствие, при котором приходилось столько же беречься друзей, сколько неприятелей — и потому равнодушный к жизни, не боялся он смерти, а ждал ее, как единственного разумного исхода его неудавшейся деятельности.
Глава 9-я. Праздничный день — то были так называемые Кореи или праздничные дни в честь Прозерпины.
Молодых людей из Закинфа.
Замечательно, что Дион с этого острова отплыл на завоевание Сиракуз. Он находится подле Кефалонии.
Глава 110-я. По словам Плутарха и Диодора, Каллипп не долго пользовался плодами своего злодейства и, в продолжении тринадцати месяцев, господствовал в Сиракузах; но потом убит и будто бы тем же самым мечом, каким Дион.