1. Конон Афинянин; в Пелопоннесскую войну он взялся за ведение общественных дел, и в ней содействие его было очень важно. Претором он начальствовал над пехотными войсками, и префектом флота совершил великие дела на море. По этим причинам ему оказана особенная почесть. Он один начальствовал над всеми островами; с этою властью взял он Феры, колонию Лакедемонян. Был он и в конце Пелопоннесской войны претором, когда у реки Эгоса войска Афинян побеждены Лизандром. Но в то время он находился в отсутствии и вследствие этого дело шло хуже; потому что он был вождем и опытным в военном деле и заботливым. Вследствие этого в то время никто не сомневался, что будь он на лицо, то Афиняне не понесли бы такого несчастия.
2. Услыхав, что отечество, при таких печальных обстоятельствах, находится в осаде, он не искал где самому безопасно жить, но чем он мог снискать защиту своим согражданам. А потому он удалился к Фарнабазу, сатрапу Ионии и Лидии, зятю царя и близкому человеку. Снискать его благосклонность стоило ему много труда и опасностей. Когда Лакедемоняне, победив Афинян, не остались верными союзу, заключенному с Артаксерксом, и послали в Азию Агезилая воевать, побужденные преимущественно Тиссаферном, а тот из приближенных царя, изменил его дружбе и вошел в союз с Лакедемонянами. Против него сделан главным вождем Фарнабаз, а на самом деле войском начальствовал Конон, и по его мановению все совершалось. Он много мешал главному вождю Агезилаю и часто противостоял его намерениям. Не было тайною и то, что если бы не он (Конон), то Агезилай отнял бы у царя всю Азию по Тавр. Когда он отозван домой гражданами по тому случаю, что Беотийцы и Афиняне объявили войну Лакедемонянам, Конон тем не менее оставался у префектов царских, и им всем был очень полезен.
3. Изменил царю Тиссаферн, и это не столько было открыто для Артаксеркса, сколько для других; он имел сильное значение у царя по многим и важным заслугам, хотя и не оставался верен своим обязанностям. И не удивительно, если не легко царя было убедить в его измене, когда он припоминал, что победил брата своего Кира при его (Тиссаферна) содействии. Для его обвинения Конов послан Фарнабазом к царю и по прибытии сначала, по обычаю Персов, пришел к Хилиарху, Тифравсту, занимавшему второе место по власти, и показал ему, что желает переговорить с царем; без этого никто не мог быть допущен. Тот ему сказал: «никакой опасности не будет, но ты обдумай — лучше ли ты желаешь переговорить лично, или на письме передать то, что думаешь. Необходимо будет тебе, как ты увидишь царя, поклониться (проскинезис называют они). Если тебе это тяжело, то точно также через меня, передав мне свое дело, достигнешь чего желаешь». Тогда Конон сказал: «для меня не тяжело оказать царю какую угодно почесть, но опасаюсь — не было бы в укор моему отечеству, если я, отправясь из такого города, который привык повелевать прочими народами, предпочту обычай варваров своему собственному». А потому передал ему на письме то, что желал.
4. Узнав это, царь до такой степени уступил влиянию Копона, что Тиссаферна счел врагом и отдал приказание преследовать войною Лакедемонян, и ему поручил избрать кого он захочет для расходования денег: Конон отказался от этого права, говоря, что оно должно принадлежать тому, кто имеет возможность лучше знать своих, а советует он поручить это дело Фарнабазу. Отсюда, осыпанный большими дарами, послан он к морю — потребовать от жителей Кипра и Финикии, и других приморских городов, длинные суда и изготовить флот, с которым в, ближайшее за тем, лето мог бы защищать море; на помощь ему дан, по его желанию, Фарнабаз. Когда об этом получили известие Лакедемоняне, то не без заботы устраивают они и со своей стороны дело, предвидя, что им будет угрожать война более важная, чем если бы они имели дело с одними варварами (Персами). Они видели, что против них будет сражаться вождь храбрый и опытный, в руках которого все силы царя, и что им нельзя превзойти его ни умом, ни силами. В такой мысли они собирают большой флот и отправляются под предводительством Лизандра. Их Конон атаковал у Книда и после большего сражения обратил в бегство, взял много судов, а еще больше потопил. Этою победою освобождены не только Афины, но и вся Греция, находившаяся под властью Лакедемонян. Конон с частью судов прибыл в отечество, обе стены, разрушенные Лизандром, Афин и Пирея, постарался возобновить и пятьдесят талантов, полученных от Фарнабаза, подарил согражданам.
5. Случилось с ним тоже, что и с прочими смертными, что он неосторожнее был в счастии, чем в несчастии. Победив флот Пелопоннесский, и полагая, что он достаточно отмстил за обиды отечества, он пожелал большего, чем сколько мог сделать. Притом же нельзя не одобрить, как набожное и доброе намерение, что он более желал усиления отечества, чем царя. Когда он приобрел великое влияние тем морским сражением, которое он дал у Книда — не только на варваров, но и на все города Греции, тайно стал стараться о том — нельзя ли Ионию и Эолию возвратить Афинянам. Так как он это намерение не очень тщательно скрывал, то Тирибаз, начальствоваший в Сардах, вызвал его под предлогом, что он желает послать его к царю о важном деле. Когда же он (Конон) пришел к нему вследствие этого известия, то брошен в оковы, в которых некоторое время и находился. Вследствие этого некоторые оставили записанным, будто бы он отведен к царю и там погиб. Напротив историк Динон, которому мы наиболее верим относительно Персидских дел, пишет, что он убежал, но в том выражает сомнение — по неосторожности ли Тирибаза это случилось или с его ведома.

Примечания

Глава 1. Конон этот был сын Тимофея. Совершенно другой Конон — Астролог Самосский, друг и современник Архимеда.
В качестве претора начальствовал над пешими войсками. Конон сначала, в 22 году Пелопоннесской войны, Корциру занял гарнизоном, потом в 25 году с другими девятью придан на помощь Алкивиаду. Флотом Афинским неоднократно начальствовал в эту войну. Так он с 40 судами отправился в Корциру — отвезти туда гарнизон (Диодор), и т. д.
О том обстоятельстве, что Конон один начальствовал всеми островами, умалчивают и Ксенофонт, и Диодор и другие историки, сколько нам известно. Может быть относится это к тому времени, когда, победив у Книда Лакедемонян при помощи Фарнабаза, Конон, начальствуя царским Персидским флотом, все острова отторгнул от Лакедемонян и освободил Греков от надменного их господства.
Город Феры, поселение или колония Лакедемонян, находился в области Мессении, соседней со Спартанскою и составлявшей некогда её часть, и стоял на берегу моря.
О том, будто бы Конон не присутствовал в бедственном для Афинян сражении при Егос Потамосе, Непот показал несправедливо и по согласному показанию Ксенофонта, Диодора и других историков Конон присутствовал в сражении, употреблял все усилия поправить дело, но видя бесполезность их и отчаявшись в спасении отечества после такого поражения, удалился в Кипр к Евагору.
Глава 2. Фарнабаз, зять царя.
Артаксеркса, отдавшего за него дочь Апамию, как о том пишет Плутарх в биографии Артаксеркса.
Лакедемоняне не пребыли в союзе е Персами — тут вероятно говорится о союзе, заключенном Лакедемонянами с Дарием II, отцом Артаксеркса и Кира, начавших между собою борьбу о престоле, в которой Кира поддерживали Лакедемоняне, а Артаксеркса — Афмняне.
Тиссаферн — Плутарх очень его бранит и пишет, что он ненавидел всех Греков.
Конон много повредил Агезилаю. Главное он подал мысль царю Персов подкупить деньгами ораторов Греческих народов и таким образом у Лакедемонян возбуждены внутренние несогласия и они должны были подумать не о наступательной войне, но о собственной обороне.
Тавром назывался горный хребет, отделявший прибрежье Малой Азии, более или менее заселенное Греческими поселениями, от внутренних областей Азии, где жили народы семитического происхождения.
Глава 3. Хилиарх Тифраст
Хилиарх собственно означает тысяченачальника, но из самого этого места и других историков, видно, что Хилиарх был докладчиком царя и следовательно личностью очень к нему близкою. — Фамилия Тифравстов была одна из самых знатных в Персии.
Поклонение царям Персидским заключалось в земном поклоне и было одинаково с обожанием богов.
Ответ Конона относительно этого обряда Плутарх приписывает Фемистоклу; очень легко может быть, что этот случай повторился и с тем и с другим. Опасения Конона не были неосновательны: Афиняне казнили посла своего Тимагора за то, что он по обычаю Персов поклонился до земли царю Дарию. А Исмениас, посол Фивян, желая соединить и чувство достоинства и желание соблюсти обряд, без которого видеть царя Персов было невозможно — употребил хитрость: он снял с пальца перстень, уронил его и наклонясь, чтобы поднять, отдал должную честь царю Персов.
Глава 4. По Диодору царь уступил не влиянию самого Конона, а убеждениям сатрапа Фарнабаза.
Тиссоферна объявил врагом и послал Тивфраста отрубить ему голову, как пишет Ксенофонт в Агезилае. Диодор говорит, что Тиссаферн погиб именно за свою преданность царю Артаксерксу, которому он донес о замыслах младшего брата Кира. Мать Артаксеркса и Кира, Паризатида, любившая больше последнего, мстила Тиссаферну и погубила его.
Вождя сильного и благоразумного — и притом хорошо знакомого с положением дел у неприятеля.
Пизандр — был брат жены Агезилая, царя Лакедемонского, и благодаря его протекции, сделан начальником флота, причем люди гораздо старшие и умнейшие оставлены без внимания. В несчастной для Лакедемонян битве у Книда с Кононом и Фарнабазом он погиб. Полиэн приписывает эту честь одному Фарнабазу.
Возобновляет разрушенные стены Афин — с дозволения Фарнабаза; вместе с ним он отправился с флотом в Пелопоннес, опустошил Лаконскую область и нанес много вреда Спартанцам.
Дело Конона с Тирибазом Диодор и Ксенофонт передают несколько иначе: Афиняне и прочие союзники отправили к царскому наместнику Тирибазу послом Конона с другими и за несогласие на условия мира, предложенного Анталкидом, Лакедемонским послом и клонившегося к выгоде Персов и бесславию Греции, брошен в оковы. Диодор Сицилийский говорит, что Конон погиб в оковах.
Динон, оставивший сочинение о Персии, до нас не дошедшее, жил во времена Артаксеркса Оха и Филиппа.
Тирибаз начальствовал пешими войсками, по свидетельству Диодора Сицилийского в кн. 14-й.