Список восточных сатрапий державы Ахеменидов у Ктесия

Автор: 
Источник текста: 
МАТЕРИАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА ТАДЖИКИСТАНА. Вып. 2. ДУШАНБЕ 1971

Одним из ценнейших источников по истории государства Ахеменидов является список сатрапий, широко известный современным историкам благодаря труду Геродота (III, 89–97). Чрезвычайно содержательным источником этот список является и для истории Средней Азии эпохи Ахеменидов, особенно если учесть сравнительную бедность Средней Азии этой эпохи письменными источниками. Но до сих пор почти никто не обращал внимания на то, что подобный список сатрапий, в том числе восточных (по преимуществу среднеазиатских), дал и Ктесий.
Следуя своему излюбленному приему: писать на те же темы, что и Геродот, но стараясь во всем противоречить ему, — · Ктесий дает собственный вариант списка сатрапий в сочинении [1] «Об азиатской дани» (Περι των κατά την Άσίαν φόρων)[2]. Это сочинение, безусловно, представляло бы громадный интерес, если бы дошло до нас целиком, но от него, к сожалению, осталось лишь два небольших фрагмента у Афинея, которые мы и приводим здесь:
Fr. 53 (96)[3]. Athen., II, 74, p. 67А: [Ктесий· в третьей (τρίτῳ)[4] книге [сочинения] «Об азиатской дани», описывая приготовления к царскому обеду, не упоминает ни перец, ни уксус, потому что оно [масло из аканфа] одно является наилучшей из приправ[5].
Fr. 54 (97). Athen., Χ, 59, p. 442 Β: «народ тапиров (Ταπύρων ἔθνος) так вину предан, что даже для умащения не пользуется ничем другим, кроме вина. То же самое рассказывает Ктесий в [сочинении] «Об азиатской дани». Он говорит, что они [тапиры] являются справедливейшими [людьми]»[6].
Больше об этом сочинении мы ничего не знаем.[7] Лишь по аналогии со списком Геродота можно думать, что оно состояло из перечня сатрапий и входящих в них народов с указанием дани от каждого из них. При этом Ктесий говорил не только о денежной дани, как Геродот, но, судя по приведенным здесь фрагментам, и об особого рода дани, — ежедневных приношениях к царскому столу. Из перечня народов, которые упоминались в этом сочинении, нам известны, благодаря фрагментам, лишь два названия: кармании и тапиры.
Восстановить все это сочинение в деталях сейчас не представляется возможным, но мы попытаемся реконструировать хотя бы основу его — перечень народов. Этот перечень не исчез безвозвратно; Ктесий, как мы считаем, использовал его в одном месте своей «Истории Персии» (ΙΙερσικά), а именно в рассказе о завоеваниях Нина[8]. Мы приведем здесь ту часть списка завоеванных Нином народов, которая дает контекст для карманиев и тапиров:
Fr. 1 в (2). Diod., II, 2,3–4: «[Нин]… овладел областью кадусиев, тапиров (Ταπύρων), затем гирканцев и дрангов, кроме того, [областями] дербиков, карманиев (Καρμανίων) и хоромнеев, затем борканиев и парфиеев»; после этого названы три страны: Персида, Сусиана, Каспиана, и, наконец: «войну против бактрийцев он отложил на другое время».
Итак, оба названия, сохранившиеся от сочинения «Об азиатской дани», имеются в списке стран и народов, завоеванных Нином. Однако вопрос о том, действительно ли список народов в рассказе о Нине воспроизводит список из сочинения «Об азиатской дани», и если воспроизводит, то насколько точно, — осложняется тем, что первый список дошел до нас только в передаче Диодора, а точность передачи Диодором текста Ктесия давно подвергалась сомнению. Другими словами, мы должны еще установить, действительно ли Диодор в интересующем нас месте воспроизводит Ктесия, и насколько точно воспроизводит его.
Сомнение в принадлежности всего списка Ктесию высказывал К. Якоби, который видел в нем один из следов обработки текста Ктесия у Диодора Клитархом при сравнении этого списка с перечнем стран державы Александра Македонского[9]. Однако это, безусловно, излишний скептицизм: нельзя игнорировать прямое заявление Диодора (II, 2,2), что перечень народов, завоеванных Нином, он дает, «следуя Ктесию» (ακολούθως Κτησία τῷ Κνιδίῳ)[10]. Κ тому же этот перечень нашел отражение у Ксенофонта (Cyrop., 1, 5, 2), писавшего намного раньше предполагаемой обработки текста Ктесия Клитархом.
Что касается той части списка, где перечисляются восточные народы (Ύρκανίων—Παρθυαίων), то в принадлежности ее Ктесию сомневался Маркварт, относя ее за счет переработки Ктесия Агатархидом Книдским. Три названия из этой части списка (дербики, хоромнеи, боркании) он считал вставкой из X или XI книги «Истории Персии» Ктесия[11]. Согласиться с этим совершенно невозможно. Группа восточных народов (Δερβίκων—Παρθοαίων), видимо, самим Ктесием воспринималась как нечто целое. Это чувствуется еще в передаче Диодора (II, 2,3), у которого она выделена словами πρύς δέ τούτοις–έπῆλθε δέ…; эта же группа, B том же составе (с включением бактрийцев), встречается и в другом месте «Истории Персии», в передаче Фотия (Ctes., fr. 9, § 8).
Другое дело, насколько точно в данном месте изложил Ктесия Диодор. o буквальном воспроизведении текста Ктесия говорить, конечно, не приходится. Но неточность Диодора здесь сводится в основном лишь к сильному сокращению рассказа Ктесия: сам Диодор (II, 2,2) говорит, что он следует Ктесию «вкратце» (συντόμως). В то время как Ктесий, очевидно, действительно описывал походы и завоевания Нина, у Диодора получился лишь голый перечень названий завоеванных народов. Видимо, и количество названий сокращено у Диодора, поскольку он сам заявляет (II, 2,4), что о менее значительных народах умолчал: о них «долго было бы говорить» (μακρόν ἄν εἴη λέγειν).
Что касается интересующей нас восточной части списка, то единственную значительную неточность в передаче Ктесия мы усматриваем здесь, напротив, во вставке. Этой вставкой является название дрангов (Δραγγῶν). Дранги нигде более у Ктесия не упоминаются. а сама форма этого названия выглядит поздней[12]. Положение их в перечне между двумя компактными группами (Καδουαίων—Ύρκανίων и Δερβίκων—Παρθυαίων), что неуместно и географически, — также наводит на подозрение.
Теперь мы можем вернуться к нашему первому вопросу— об отношении списка народов в рассказе о нине к потерянному списку народов из сочинения «Об азиатской дани». Попытки доказать, что в описании завоеваний ассирийского царя Нина у Ктесия отражен действительный ареал ассирийских завоеваний, по нашему мнению, кончились неудачей. Последняя из таких попыток, известных нам, была сделана Леви.[13] Гораздо более прав Ф. Якоби, специально занимавшийся изучением Ктесия, когда он утверждает, что Нин этого автора не имеет ничего общего с реальными ассирийскими монархами.[14]
Нин Ктесия — обычный в античной литературе тип мифического завоевателя древности; завоевывал этот персонаж обычно «всю Азию», т. е. в основном те земли, которые были подвластны Ахеменидам ко времени данного автора. Таков Сесострис Геродота,[15] который, согласно Ф. Якоби, был прототипом ктесиева Нина.[16] Возможно, что образ Нина был пополнен чертами и других подобных мифических героев. Например, завоевания Нина на востоке, особенно его успешная осада Бактр, которая занимает столь важное место в рассказе о Нине, могли быть повторением той версии о Дионисе, которая засвидетельствована у Эврипида (Bacch., 15). Дионис у него, шествуя по всей Азии, подходит к «стенам Бактр» (βάκτρία τεικη).
Давно уже было замечено, что состав державы Нина повторяет размеры державы Ахеменидов ко времени Артаксеркса II, при дворе которого жил Ктесий.[17] Это, в частности, можно сказать о восточных пределах завоеваний Нина: индийцы ему не были подчинены (Ctes., fr. Ib, с. 2,1) — граница его владений проходила по Инду (Ctes., fr. lb, с. 16,7), не упомянуты саки в числе подчиненных народов. Граница персидских владений по Инду (Strab., XV, 1, 10, p. 689), которую мы застаем к концу существования Ахеменидов, установилась, видимо, в конце V в. до н. э., при преемниках Артаксеркса I,[18] а саки, которые не были подданными (но только союзниками) последнего Ахеменида (Arr., Anab., III, 8, 3), уже перешли на такое положение ко времени Артаксеркса II (об этом будет сказано ниже).
Итак, перечень народов, подчиненных Нином, повторяет состав персидской державы при Артаксерксе II, и следовательно, должен совпадать со списком народов в сочинении «Об азиатской дани», откуда, очевидно, он и был перенесен Ктесием в рассказ о Нине и Семирамиде, вообще составленный из кусков разного происхождения. Однако это еще не позволяет нам считать оба списка тождественными. Ктесий, конечно, должен был в какой–то мере изменить список из сочинения «Об азиатской дани», приспосабливая его к общей композиции рассказа o Нине.
Чтобы установить степень и характер этих изменений, следует рассмотреть, как построен рассказ о завоеваниях Нина. В основе его, как и в основе рассказа о походах Семирамиды, лежит одна и та же схема.[19] Разница лишь в том, что в последнем случае она проступает более отчетливо. Перечисление стран в указанной схеме таково: сначала названы основные страны ахеменидского государства — Мидия и Персида, затем остальные страны «Азии», входившие в состав ахеменидского государства при Артаксерксе II.[20] B целом эта схема восстанавливается следующим образом:

Названия стран

Главы из II книги «Библиотеки» Диодора:

О Нине

О Семирамиде

Мидия

1,10

13

Персида

2,3

14,1

Остальные страны Азии «между Танаисом и Нилом»

(εντός Τανάιδος και Νείλου):

2,1[21]

14,1

от Египта (страны́ при Ниле)

2,3

14,3–4

до Бактрии (страны́ при Танаисе)

2,4

16

Очевидно, эта схема и была заимствована из списка народов в сочинении «Об азиатской дани». При этом Мидия была перенесена на первое место в описании ассирийских завоеваний, может быть, под влиянием хронологических аналогий; как известно, вся история Азии и, соответственно, сочинение «История Персии» делились Ктесием на три части: ассирийскую, мидийскую, персидскую.
Отступления от этой схемы в рассказе о завоеваниях Нина и следует рассматривать как изменения, которым подвергся интересующий нас список стран при использовании его в рассказе о Нине. Большинство изменений вызвано тем, что описание походов Нина было построено у Ктесия по принципу итинерария. Изменения, которые претерпел список в целом, задели и ту часть его, где перечисляются восточные народы.
Группа народов Δερβίκων—Παρθυαίων как самая близкая к Бактрии и Танаису, одной из границ Азии, правильно помещена в конце списка, подобно тому как Египет, находившийся у другой границы Азии, начинал список. Но в делом конец списка подвергся ряду изменений.
Во–первых, сами бактрийцы не включены в эту группу, так как рассказ о походе Нина в Бактрию выделен у Ктесия особо (Ctes., fr. lb, с. 6), являясь соединительным звеном между историей о Нине и историей о Семирамиде. Замечательно, однако, что бактрийцы все же упомянуты в самом конце списка, — настолько цепко держится Ктесий за свою схему; лишь для того, чтобы не допустить противоречия, он отмечает, что эта первая попытка Нина завоевать Бактрию окончилась неудачей.
Во–вторых, три названия стран во главе с Персидой, помещенные после указанной группы, являются вставкой. Она была обусловлена маршрутом похода Нина по Ирану. Путь Нина от страны кадусиев до Сусианы представлялся Ктесию в виде полукруга, — может быть, именно так была построена соответствующая часть его «Землеописания» (Περίοδος): южное побережье Каспийского моря (Καδουσίων— - Ὑρκανίων), восточный Иран (Δερβίκων—Παρθυαίων), северное побережье Персидского залива (Περσίδα—Σουσιαήν). Последующий путь Нина от Суз до Бактр, очевидно, повторял маршрут восточной части известной Ктесию (fr. 33, § 76) царской дороги «от Эфеса до Бактр и Индии» (ἀπό Ἐφέσου μέκρι Βάκτρων και Ἰνδικής)[22]. Эта дорога должна была вести Нина снова через Мидию, — между Сусианой и Каспианой, и снова через восточные страны, — между Каспианой и Бактрией. Естественно, что второй раз ни Мидия, ни восточные страны в перечне у Диодора не упомянуты. Слова же, относящиеся здесь к Каспиане: «в которую ведет весьма узкий проход, поэтому и называемый Каспийскими воротами» (εις ἤν είσβολαί στεναί παντελῶς, διὸ καί προσαγορεὺοντα'. Κάσπιαι πύλαι), — могли быть прямо фрагментом из описания царской дороги, перенесенным Ктесием в рассказ о Нине.
В-третьих, внутри указанной восточной группы, видимо. изменен порядок перечисления. И здесь он был подчинен маршруту похода Нина, для которого Ктесий использовал какие–то дополнительные сведения о географическом положении восточных народов.[23] Порядок перечисления восточных народов в сочинении «Об азиатской дани», связанный с административной структурой Персидского государства, видимо, был ближе к последовательности тех же названий в рассказе о разделе Киром своего царства, где перечисляются бактрийцы, хорамнии, парфяне, кармании, дербики, баркании (Ctes., fr. 9, § 8).
Теперь мы можем представить в общих чертах построение сочинения «Об азиатской дани» вместе с реконструируемым списком народов, — как сочинения в целом, так и той его части, в которой говорилось о восточных народах.
У Геродота список сатрапий начинается с сообщения о том, что сатрапии учредил Дарий, для каждой из них назначив правителей и установив дань (Her., III, 89). Так же начинал, надо думать, и Ктесий, только учредителем cатрапий у него выступал Ниний, сын Нина: согласно тем взглядам, которые излагал Ктесий, Нин был создателем современной Ктесию державы, охватывавшей «всю Азию», а его сын, Ниний, — создателем ее административного устройства (Ctes, fr. 1 b, с. 21,7). Ниний назначил «каждому из народов» (καθ᾿έκαοτον ἔθνος) военачальников (στρατηγούς), сатрапов (σατράπας), казначеев (διοικητάς), судей (δικαστάς) и устроил «прочие дела» (τἄλλα πάντα), под которыми, очевидно, имеется в виду установление дани (φόροι).
Далее Геродот перечислял сатрапии с входящими в них народами и указывал размеры дани от каждой из них (Her., III, 90–96). Аналогичным был и перечень Ктесия. Трудно однако сказать, соответствовала ли каждая область (χώρα) упоминаемого им народа (ἔθνος) отдельной сатрапии, или сатрапия включала несколько народов, как у Геродота.
Вначале Ктесий, видимо, упоминал Персиду и Мидию, — основные области персидской державы. Затем шли остальные области «всей Азии» (Ἁσία ἄπασα), кроме Индии, которые делились в географическом отношении на три основные группы[24]. Последняя из них, восточная, четко делится на две более мелкие группы: прикаспийскую (Καδουσίοι — —Ὑρκανίοι) и восточноираискую (Βάκτριοι — Βαρκάνιοι).
Эта последняя (восточноиранская) группа и является, собственно, предметом нашего исследования. Первоначальный порядок изложения и форму названий[25] мы восстанавливаем так: бактрийцы (Βάκτριοι), хорамнеи (Χωραμναῖοι), парфиеи (Παρθυαῖοι), кармании (Καρμανίοι), дербики (Δέρβικες), баркании (Βαρκάνιοι). Сатрапы (αατράπαι) нам известны только у бактрийцев (Ctes., fr. 14, § 35), дербиков и барканиев (Ctes., fr. 9, §8), и это, очевидно, не случайно, поскольку хорамнеи, парфиеи и кармании составляли одно административное целое с бактрийцами. Дань нам известна только та, которую платили кармании — масло из аканфа (έλαιον άκάνθινον), но возможно, что в качестве дани от бактрийцев Ктесий называл серебро и золото (ἄργυρος καί χρυσός)[26]. Итак реконструкция описания восточных сатрапий в сочинении Ктесия «Об азиатской дани» выглядит следующим образом:

Народы

Правители

Дань

[Βάκτριοι]

σατράπης

[άργυρος και χρυσός]

 

[Χωραμναῖοι]

?

 

[Παρθυαῖοι]

?

 

Καρμανίοι

ελαιον άκάνβινον

 

[Δέρβικες]

σατράπης

?

 

[Βαρκάνιοι]

σατράπης

?

 

После перечня сатрапий Геродот назвал несколько народов, бывших не подданными, а союзниками персидского царя (Her., III, 97). Видимо, так же сделал и Ктесий. В качестве союзников у него должны были фигурировать арабы (Ctes., fr. lb, с. 1,5), как у Геродота, и саки. Саков Ктесий представляет только как союзников персидских царей и их предшественников, Такое положение было освящено, по Ктесию, авторитетом Кира, основателя Персидского государства: Кир завещал своим преемникам сохранять дружбу с саками (Ctes., fr. 9, § 8). Формула этого союза, видимо, была следующей: «друзья и военные союзники на вечные времена» (φίλοι και συμμάχοι άλλήλοις εις τόν ἄπαντα χρόνον) (Ctes fr. 5, c. 34,2).
Восстановленный список восточных сатрапий, как видим, резко отличается от списка восточных сатрапий Геродота (III, 91–93). Поэтому всякая возможность заимствования у Геродота отпадает. К тому же почти все эти названия специфичны для Ктесия, они или вообще не упоминаются у других самостоятельных авторов (Χωραμναῖοι, Βαρκάνιοι), или впервые появляются у Ктесия (Καρμανίοι, Δέρβικες). Встает вопрос об источнике Ктесия.
Список сатрапий у Геродота целиком заимствован (через Гекатея Милетского) из одного официального источника.[27] Совершенно по–другому обстоит дело у Ктесия, который хотя и претендовал на то, что пользовался персидскими документами,[28] на самом деле, как известно, совсем не был с ними знаком.[29] Список сатрапий Ктесия составлен из разных кусков, каждый из которых имеет свое происхождение. Это хорошо заметно и по двум последним, «восточным», группам его списка. Прикаспийская группа заимствована из перечня прикаспийских народов, хорошо известного и у других античных авторов. Здесь гирканцы названы так, как они обычно назывались у греков: Ύρκανιοι. Восточноиранская группа заимствована из какого–то другого источника, и здесь снова назван тот же народ, но на этот раз Ктесий пытается самостоятельно передать греческими буквами услышанное им персидское слово.
В поисках этого источника следует обратиться к книгам VI–XI «Истории Персии». Описывая в них завоевания Кира, Ктесий опять упоминает восточноиранские народы,[30] а в завещании Кира дан перечень как раз всех тех народов, которые входят в восточноиранскую группу (Ctes., fr. 9, §8). Очевидно, этот перечень и стал одной из составных частей списка сатрапий, скомбинированного Ктесием.
Из какого же источника заимствовал Ктесий эти названия в VI–XI книгах? Ктесий (Т. 8) заявляет, что для собственно персидской истории сведения он получал от «самих персов» (αντῶ Περσῶν). Конечно, в первую очередь имеются в виду персы, составлявшие ближайшее окружение царя, — именно с ними у Ктесия должны были завязаться наиболее близкие отношения. Особенным доверием он пользовался у Парисатиды, матери царя (Ctes., fr. 27, § 69, fr. 28). Естественно ожидать, что она была одним из основных информаторов Ктесия; действительно, Ктесий однажды прямо ссылается на рассказ Парисатиды (Ctes., fr. 15, § 51). Есть основания предполагать, что из рассказов Парисатиды заимствована и та часть VI–XI книг, которая связана со списком восточноиранских народов (в том числе завещание Кира), и что список этот рисует современное Парисатиде положение.[31]
О положении среднеазиатских областей в административной системе Ахеменидского государства судят обычно по двум источникам (кроме надписей): по данным Геродота, относящимся не позже чем к первой половине V в. до н. э., и по данным историков Александра Македонского, относящимся ко второй половине IV в. до н. э. Список восточных сатрапий у Ктесия в хронологическом отношении стоит между этими двумя источниками и, таким образом, позволяет полнее проследить историю указанных сатрапий. Однако последняя тема уже выходит за рамки настоящей работы, цель которой заключается лишь в том, чтобы попытаться восстановить список восточных сатрапий державы Ахеменидов у Ктесия.


[1] Не вполне ясно, самостоятельное ли сочинение фигурирует под таким названием или часть «Истории Персии». К. Мюллер считает, что это часть IX или XIII (где говорилось о Дарии I) книг «Истории Персии» [C. Muellelus, Ctesiae Cnjdii… fragmenta (в издании Геродота W. Dindorf'a). P., 1877, стр. 107]; Ф. Якоби склоняется к первому предположению (F. Jacoby. Ktesias, RE, Bd. XI, 1922, стб. 2039). Нам кажется, что второй более прав; во всяком случае, учреждение сатрапий Ктесий приписывал не Дарию, как Геродот, а более древнему царю.
[2] Cp. F. Jacob у. Ук. соч.. стб. 2039.
[3] Здесь мы указываем номера фрагментов из Ктесия по FGH, III С (первый) и по ук. изданию Мюллера (второй, в скобках).
[4] Вариант: τούτω; см. F. III С, стр. 512, Muellerus, ук. соч., стр. 107,
[5] Непосредственно перед этим Афиней (=Eustath., Ad Obyss., VII, 79) пишет [Ctes., fr, 38 (.96)]: «Ктесий говорит, что в Кармании (ἑν Καρμανίαι) производится масло из аканфа, которым пользуется царь».
[6] То же самое, очевидно, со слов Ктесия, повторяет об этом «винолюбивейшем народе» (φιλοινότατον έθνος), который «проводит большую часть жизни за вином», и Элиан (Aelian., Var. hist.. III, 13).
[7] Однако в древности оно было достаточно известно. О нем знал, очевидно, Динон (середина IV в, до н. э.), поскольку он дискуссировал с Ктесием по поводу карманийской дани (Athen., Η, 74, p. 67 A). О нем знали и современники Александра Македонского. Неарх намекает на сообщение Ктесия о карманийской дани, когда он говорит, что Кармания богата всем, «кроме олив» (πλή έλαίας) (Strab., XV, 2,14, p. 726, Arr., Ind., 32, 5; cp. Muellerus, Ук. соч. — , стр. 107). Баэтон и Аминта повторяют сообщение Ктесия о тапирах (Athen., X, 59, p. 442 Β).
[8] О возможности того, что список завоеванных Нином народов взят из сочинения «Об азиатской дани», говорил еще Маркварт (J. Marquart. Die Assyriaka des Ktesias, «Philologus», Suppl. Bd. 6, 1893, стр. 522–523). Однако Маркварт считает, что список был вставлен в рассказ о Нине не самим Ктесием, а Агатархидом Книдским, через посредство которого Диодор якобы и использовал Ктесия. С этим мы не можем согласиться.
[9] C. Jacoby. Ktesias und Diodor, eine Quellenuntersuchung von Diodor II, 1–34, RhM, N. F, Bd. XXX, 1875, стр. 570.
[10] Крумбхольц убедительно показал неосновательность сомнений в том, что у Ктесия действительно имелся перечень народов в рассказе о Нине, где дал его Диодор: P. Krumbholz. Zu den Assyriaka des Ktesias. RhM, N. F„ Bd. L, 1895, стр. 212 сл.
[11] Marquart. Ук. соч., стр. 522–523. Cp. Krumbholz. Ук. соч., стр. 214–219.
[12] Marquart. Ук. соч,, стр. 523.
[13] H. Lewy. Nifokris—Naqi'a, JNES, vol1. 1J, 1952, № 4, стр 268–269.
[14] F. Jacoby. Ук. соч., стб. 2051. Примерно то же о Нине и Семирамиде говорит Гилмор, также специально занимавшийся Ктесием: J. Gilmore. The sources of the assyrian history of Ktesias, EHR, vol. 2, 1887, стр. 98; он же. The origin of the Semiramis legend, EHR, vol. 2, 1887, стр. 729–731.
[15] Her, VII, 103, 110; cp. Diod, I, 55, 2; Arr, Ind, 5, 5; Tacit, Ann, II, 60.
[16] F. Jacoby. Ук. соч, стб. 2051. Впрочем, трудно сказать, насколько этот ктесиев Нин был созданием самого Ктесия. О Нине, первом царе–завоевателе, рассказывал и Гелланик (fr. 6. Euseb. Arm, Chron, p. 28 = Syncell, p. 315), у которого Ктесий много заимствовал из образа Атоссы для своей Семирамиды.
[17] F. Jacoby. Ук. соч, стб. 2052; Gilmore. The origin.., стр. 731.
[18] A. Foucher. La vieille Route de l'lnde de Bactra a Taxila, vol. 2, P. 1947, стр 199 (MDAFA, T. 1); он же. Les satrapies orientales de l'em-pire Achemenide, CRAI, 1938, sept. — oct, стр. 349.
[19] Это было замечено еще Гутшмидом в рецензии на кн.: M. von Niebuhr. Geschichte Assurs und Babels.., B, 1857 (A. von Gutschmid, Kleine Schriften, Bd. 2, Lpz, 1890, стр. 160–161). Мы, однако, предполагаем в качестве основы того и другого рассказа несколько иную схему, чем та, которая была реконструирована Гутшмидом.
[20] В первые годы правления Артаксеркса II на Египет при персидском дворе, очевидно, смотрели еще как на подвластную персам страну.
[21] Сомнения в принадлежности Ктесию слов εντός—Νείλου (Krumbholz, ук. соч., RhM, N. F., Bd. LII, 1897, стр. 272–274; cp. FQH, III, стр. 421) неосновательны. Под Танаисом в данном случае имеется в виду не Дои, а Сыр—Дарья, так что нет никакого противоречия между общим определением территории завоеваний Нина и перечнем завоеванных стран.
[22] Геродоту (V, 52–54) эта дорога известна лишь от Эфеса до Суз,
[23] Вообще же следует учитывать, что Диодор перечислял народы по ходу изложения у Ктесия, называя только имена их и опуская все перипетии походов и завоеваний Нина. Поэтому нельзя ожидать строго географической последовательности в перечислении народов в списке у Диодора, как того ожидает Маркварт (ук. соч, стр. 522).
[24] Krumbholz. Ук. соч.. RhM, N. F, Bd. LII, 1897, стр. 272.
[25] О формах этих названий мы еще будем говорить ниже.
[26] Cp. Ctes, fr. 1 b, с. 7, 1. Ктесий знает о серебряных рудниках (άργυρέα μέταλλα) Бактрии (Ctes., fr. 45, § 26). Действительно, как раз в его время, в конце V—начале IV вв. до н. э, начинается чеканка местной серебряной монеты на территории Бактрии (в тех пределах, как представляет ее Ктесий), о чем свидетельствует недавно опубликованный Кабульский клад: D. Schlumberger, L'argent Grec dans l'empire achemenide, MDAFA, т. 14, 1953, стр. 21–22. Золото в Бактрию, видимо поступало от каких–то индийцев, и об этом индийском золоте Ктесий (fr. 45h) сам слышал от бактрийцев. Из Бактрии же царю золото доставлялось еще при Дарии I (DSf, 35–36).
[27] Lehmann—Haupt, Satrap, RE, R. II, Hlbd III, 1921, стб. 95.
[28] Ctes, fr. lb, c. 22, 5; fr. 5, c. 32, 4.
[29] К Артаксерксу II (или III) относится одна из персепольских надписей (A? P), содержащая перечень подвластных этому царю народов, — копия подобной же надписи Дария I (DN, 1–XIX). Со списком Ктесия этот перечень не имеет ничего общего.
[30] Ктесий у Nic. Dam, fr. 75 (66); Ctes, fr. 9, § § 2, 6, 7; fr. 9a; fr. 12. Отсутствие карманиев во фрагментах рассказа о Кире может быть просто случайностью.
[31] И. В. Пьянков. «История Персии» Ктесия и среднеазиатские сатрапии Ахеменидов в конце V в. до н. э. ВДИ, 1965, № 2, стр. 37–38.